<<<   БИБЛИОТЕКА


ПОИСК ФОРУМ

 

Диакон Димитрий Юревич

Александр Павлович Лопухин

Жизненный подвиг "Аскета ученого труда"

(к 150-летию со дня рождения)

Опубликовано в журнале Санкт-Петербургской епархии
"Церковный вестник", 2002, №10

Ты не напрасно в мире жил:
Для веры, света и познанья
Ты сил немало положил,
Труда, любви и дарованья.

Ты путь свой честно совершил,
Служа отечеству и вере,
Таланта в землю не зарыл,
Исполнил долг в законной мере.

На страже бдительно стоял,
Храня народ от лжепророков,
И веру в ближних утверждал,
Остерегая от пороков.

И не заглохнут семена
В сердца внесенные тобою.
Ты патриотов имена
Умножил на Руси собою.

П. Потехин.
"Памяти А. П. Лопухина"
1
Александр Павлович Лопухин

 

14 октября (1 октября по старому стилю) исполнилось 150 лет со дня рождения выдающегося представителя русской библейско-богословской школы второй половины XIX - начала XX веков Александра Павловича Лопухина (1852-1904). Этот великий ученый, по воспоминаниям его друзей, обладал "от природы живым, общительным характером, тонкой наблюдательностью, быстро синтезирующим умом и добрым, отзывчивым сердцем"2. Энергия и работоспособность Александра Павловича были просто невероятными. Как заметил современник ученого, если бы последнему довелось занимать высокие административные должности, "то он, вероятно, был бы автором многих проектов и планов по разным вопросам своей сферы". Положение профессора, которое он занимал, в некотором смысле ограничивало его творческие наклонности, "предоставляя ему проявить их только на поприще литературного труда. Зато на этом поприще он проявил редкую не только в русской, а даже и в иностранной литературе производительность. О нем, как об Оригене, по справедливости можно повторить слова блаженного Иеронима, что за свою жизнь он мог столько написать, сколько иной за свою жизнь не может прочитать"3. Еще будучи студентом, А. П. Лопухин напечатал в санкт-петербургском богословском журнале "Церковный вестник" более ста научно-публицистических и литературно-критических статей по различным вопросам4. Позже, будучи редактором академических журналов и ведя постоянный раздел в "Церковном вестнике", он публиковал множество небольших статей, подписывая их как своим полным именем, так и различными псевдонимами. Наряду с этим он успевал готовить и издавать отдельные труды, иногда весьма пространные, состоявшие из нескольких томов, посвященные самым разным вопросам. Сам Александр Павлович иронизировал по этому поводу, и, сказав однажды, что хорошо бы собрать все работы профессоров Санкт-Петербургской Духовной академии в отдельный шкаф, вдруг пошутил, что его собственные произведения станут главным препятствием, поскольку уже они займут отдельный шкаф, весьма солидный по размерам. Если бы можно было издать все его работы, напечатанные в академических изданиях, то получилось бы многотомное собрание сочинений. Не было ни одного более или менее крупного события в современной ему церковной жизни России и мира, на которое не отозвался бы А. П. Лопухин5.

Александр Павлович родился в семье священника села Митякина Саратовской губернии и получил среднее образование в Саратовской Духовной семинарии. В 1874 году он поступил в Санкт-Петербургскую Духовную академию, которую окончил в 1878 году магистрантом. В студенческие годы Александр Павлович близко стоял к академическим богословским журналам, занимался в редакциях как корректорской работой, так и литературными трудами.

В июле 1879 года, как прекрасно владеющий английским языком, он был определен псаломщиком при православной русской посольской церкви в Нью-Йорке. Путешествие к месту службы и дальнейшая жизнь в Америке обогатили его массой новых впечатлений, и он стал присылать из США материалы и отдельные статьи по различным вопросам местной церковно-общественной жизни в "Церковный вестник", а несколько позже - и в другие журналы ("Православное обозрение", "Странник", "Берег" и т. д.). Вместе с тем он сотрудничал и в американском православном журнале "The Oriental Church Magazine", издававшемся при русской церкви в Нью-Йорке. Находясь в Соединенных Штатах, он написал магистрскую диссертацию "Римский католицизм в Америке: исследование о современном состоянии и причинах быстрого роста римско-католической Церкви в США", которую успешно защитил, вернувшись из Америки в Санкт-Петербург в 1881 году. В 1882 году он издал несколько книг, вобравших в себя американский материал: "Жизнь за океаном. Очерки религиозной, общественно-экономической и политической жизни в Соединенных Штатах Америки", "Религия в Америке" и свою магистрскую диссертацию.

В своих путевых очерках, вышедших под названием "Жизнь за океаном", А. П. Лопухин стремился познакомить русских читателей с особенностями американской жизни и пытался проанализировать религиозное и экономическое положение в США. Несколько позже Александр Павлович посвятил этой тематике публичные лекции 1886 года, напечатанные сначала в "Христианском чтении", а затем отдельной книгой. В этих произведениях видно умеренно-спокойное, но в целом доброжелательное отношение Александра Павловича к заокеанской жизни конца XIX века. Некоторые его характеристики представляют немалый интерес. По его словам, в религиозном отношении американский народ конца XIX века "весьма резко отличается от народов старого света. Это совершенно молодой народ, который кипит полнотой своей юной духовной жизни. У него еще нет того разлада между разными силами духа, которым страдает одряхлевшая Европа - нет противоречия между разумом и верой. Америка по своему культурному характеру есть страна положительного знания. Несмотря на это, наука там живет в гармоническом единении с религиозной верой. Вся жизнь американского народа проникнута религиозным духом, и на всех проявлениях государственной и общественной жизни лежит сильный отпечаток религиозного влияния"6. Говоря об отделении в США церкви от государства, Лопухин подчеркивал: это "означает только то, что государство, встретившись с разнообразием вероисповедных форм, не отождествилось ни с одной из них в отдельности, чем нарушено было бы естественное чувство справедливости и равенства в отношении всех остальных, но этим самым отнюдь не отделилось от религии как общего религиозно-нравственного начала. Этот факт американской жизни лишь вновь доказывает то, что  принцип отделения церкви и государства есть не отрицание религии со стороны государства, а только одна из форм их взаимного общения"7. За эту ясную и четкую формулировку принципа отделения государства и церкви на примере американской жизни А. П. Лопухин подвергся критике со стороны либеральной русской интеллигенции, навязывавшей указанный принцип в смысле борьбы государства с религией. Один из русских журналов даже назвал А. П. Лопухина "клерикалом", хотя появились и публикации в его поддержку8. Сформулированные принципы американской религиозности Лопухин показывал на конкретных примерах, один из которых - судебное преследование государством мормонов, поскольку их многоженство противоречит традиционному библейскому принципу моногамии9. Особое внимание русских читателей А. П. Лопухин обращал на то, сколь видное место в жизни американцев занимало постоянное чтение и изучение Библии. Остается только сожалеть, что известная часть описанных А. П. Лопухиным благочестивых явлений американской религиозной жизни в настоящее время уже отошла в прошлое, и поэтому здесь мной не упоминается.

Что касается проблем религии в США той эпохи, то главнейшей из них Лопухин видел в том, что главной вероисповедной системой Америки является протестантизм, который, по его словам, "не дает достаточного обеспечения религиозной совести не только в уверенности сохранения истины, но и против прямого уклонения от нее"10. "…Шатание и блуждание мысли не ограничивается отдельными лицами. Оно отличает и самые общины или церкви, на которые делится протестантское население Америки", что приводит к расколам и разделениям внутри этих протестантских деноминаций11. Разнообразие в понимании Священного Писания и вероучительных догматов различными проповедниками даже одной и той же церкви или общины приводило простых верующих в горькое недоумение и тягостные сомнения относительно истинности своей веры12. Протестантское начало выражалось также в чрезвычайной обособленности отдельных приходов13.

Однако А. П. Лопухин отмечает и осознание протестантами этих недостатков, их стремление к церковному объединению. Немалое внимание Лопухин обращал на интерес, который испытывали многие деятели Епископальной Церкви США по отношению к Русской Православной Церкви и который выражался в ряде преобразований епископальной жизни в православном духе, что А. П. Лопухин понимал как постепенное движение епископалов на сближение с Православием14.

В 1882 году А. П. Лопухин занял в Санкт-Петербургской Духовной академии кафедру Сравнительного богословия, а после ее закрытия в 1885 году - кафедру Древней общей гражданской истории, на которой оставался до своей кончины.

Профессорская деятельность не только не ослабила, но даже усилила его литературное творчество, в котором можно выделить несколько направлений. Первое указал его бывший наставник и начальник по академии протопресвитер И. Л. Янышев: Лопухин всю свою жизнь старался, чтобы сделать доступными для русской читающей публики богатейшие сокровища западноевропейской богословской науки. Он не жалел себя, трудясь над популяризацией капитальных западных сочинений по разным религиозным дисциплинам. Его душа "горела желанием возвысить соотечественников до тех горизонтов, на которых стояли иностранные ученые, и как только на Западе появлялась новая богословская книга, обращавшая на себя внимание ученого мира, он уже спешил познакомить с ней и русских читателей"15. Хорошо зная иностранные языки, он с большим умением выбирал из огромного числа зарубежных богословских сочинений именно те, которые отвечали потребностям русской церковной жизни, и умел сделать их доступными широкому кругу читателей. Нельзя не отметить тот факт, что Александр Павлович внимательно редактировал издаваемые им западные сочинения, сокращая, как правило, те места из них, которые не соответствовали учению Православной Церкви и могли оказаться соблазнительными для православного христианина. Для современного ученого это может показаться некорректным, однако надо учитывать, что А. П. Лопухин производил сознательное сокращение сомнительных мест, обладая обширными познаниями в данной области и понимая, что многие современные ему радикальные гипотезы, носящие скептический характер, будут отвергнуты дальнейшими серьезными исследованиями (что и произошло в XX веке). Впрочем, современники отмечали, что при подобного рода редакторской правке Александр Павлович никогда "не вдавался в крайности и утрирование"16.

Ознакомившись в Америке с трудами английских богословов, в том числе - Ф. У. Фаррара (1831-1903), капеллана королевы Виктории, А. П. Лопухин поставил целью перевести их с учетом нужд русских читателей17. В 1886-87 годах вышли книги "Жизнь Иисуса Христа" и "Жизнь и труды св. апостола Павла", широко известные и сейчас, после их недавнего переиздания. Вообще, каждое выдающееся открытие в западной богословской науке, и особенно библейской, не только им тотчас замечалось, но и было подробно исследуемо в виде специальной статьи по тому предмету, к которому оно относилось, или даже серии статей, которые составляли затем основу отдельной книги.

Из современных ему вопросов А. П. Лопухин особенно интересовался проблемой соединения церквей. Познакомившись ближе в США с жизнью Епископальной Церкви, он с большой надеждой отмечал всякое стремление епископалов к сближению с православными. С радостью приветствовал он и старокатолическое движение, участвовал в устраиваемых старокатоликами съездах и вообще придавал этому движению большое значение, видя в нем, по выражению одного биографа, "зачаток обращения на путь истины всей римо-католической Церкви"18. Не осталось без его внимания и обращение к православию сиро-персидских несториан, о чем он написал несколько статей.

Из интереса к указанной тематике А. П. Лопухин с 1886 года взял на себя ведение в "Церковном вестнике" отдела заграничной летописи, которое продолжалось им до конца 1902 года. В 1892 году он был избран редактором "Христианского чтения", а в начале 1893 - еще и редактором "Церковного вестника", которые, по его проекту, были вновь соединены под одной редакцией. В должности редактора этих академических журналов он оставался 10 лет, до конца 1902 года19.

Кроме ознакомления русских богословски мыслящих людей с плодами западной науки, другая сторона деятельности Александра Павловича заключалась в популяризации богословской науки, в донесении систематического знания до возможно большего круга верующих, поэтому многие его публикации лишены строгого научного аппарата. Однако большая часть статей в академических журналах представляют немалую научную ценность, например, опубликованные в "Христианском чтении" работы "Не записанные в Евангелии изречения Христа Спасителя" (1897), "Католикос Востока и его народ" (1898) и некоторые другие.

Несмотря на вышеобозначенные черты ученой деятельности А. П. Лопухина, в историю русской церковной науки он вошел в первую очередь как замечательный библеист. Истинное значение Александра Павловича как православного русского библеиста и как примера для подражания современным молодым ученым-богословам заключается в следующем: при всей своей огромной эрудированности и осведомленности в достижениях западной богословской мысли он не только не принимал западные наработки без должного осмысления по отношению к церковной традиции, но наоборот, путем тщательного и вдумчивого анализа, отсекая сомнительные гипотезы и идеи, показывал русскому читателю, насколько хорошо вписываются подлинные научные факты в систему православного библейского богословия и, в свою очередь, насколько богаче становится указанная система при осмыслении ее с помощью данных фактов. Трезвый научный ум и глубокая вера позволяли Александру Петровичу не только отделять зерна истинных научных сведений от плевел обволакивающих их гипотез и домыслов, но и демонстрировать, насколько сомнительно и тенденциозно выглядят критические западные теории в свете строгой науки.

Одной из важнейших работ в области библеистики стала изданная в 1890 году и переизданная (не полностью, в 5 томах, как бесплатное приложение к журналу "Странник") в 1913 году книга "Библейская история при свете новейших исследований и открытий". В предисловии к ней А. П. Лопухин писал, что "вследствие тех поистине чудесных открытий, которые в нашем веке делаются на забытом пепелище былой исторической жизни древних народов Востока, библейская история чрезвычайно обогатилась в своих научных ресурсах. Но вообще наша литература в этом отношении далеко отстала от западноевропейской, и в то время как у нас продолжают пользоваться лишь, так сказать, крохами от богатого стола библейско-исторической науки, на Западе давно уже существуют целые курсы, представляющие собой сводку всех главнейших открытий, и множество монографий по различным библейским вопросам, разработанным при ярком свете всех новейших исследований и открытий. Отсутствие подобных цельных трудов у нас составляет важный пробел в богословской литературе, и посильное восполнение этого пробела и имелось в виду при составлении настоящей книги"20. Одной из целей этой книги Александр Павлович ставил "воспользоваться новейшими исследованиями и открытиями для опровержения крайних выводов отрицательной критики"21 , посвятив истории библейского рационализма целую вводную главу (представляющую немалый интерес даже сейчас), а его опровержению - материалы в различных местах книги. Интересно, что А. П. Лопухину удалось избежать соблазна узкопрофессионального научного подхода - создавая грандиозный по своему охвату и подобранному материалу курс библейской истории, сделавший бы честь любому выдающемуся западному ученому-библеисту, Лопухин, по его словам, ориентировался прежде всего не на "узкий круг специально богословски образованных лиц", а на "более обширный круг вообще образованного светского общества, для которого в нашей литературе не существует ровно ничего в этом отношении, вследствие чего библейско-исторические познания в нем не идут дальше круга школьных начатков священной истории"22. Нельзя охарактеризовать эту задачу иначе, как возвышенный мотив истинно церковного ученого, желающего донести библейскую истину до всей полноты народа Божия, а не только его отдельных членов.

Отклики на книгу выявили два основных лагеря оппонентов. Первый, иронично названный А. П. Лопухиным "зарождающимся у нас муравейником отрицательной критики", состоял из тех лиц, у которых "библейская критика принимается как нечто такое, что должно быть принимаемо с полной верой в ее непогрешимость"23 , т. е. без оглядки на церковную традицию и доводы разума. У анонимного представителя этого лагеря вызвало недовольство, что А. П. Лопухин в своем труде стремился показать "историческое значение изложенных в Библии фактов", т. е. то, что рассказы Библии о сотворении человека, грехопадении, потопе, смешении языков имеют под собой реальную историческую основу, а не являются всего лишь некими благочестивыми мифами24. Возражая на это, А. П. Лопухин очень точно заметил, что хотя богодухновенные авторы не ставили своей целью в библейском повествовании раскрывать научные истины или писать всеобщую историю, но "и при отсутствии этой цели сообщенные св. писателями в общедоступной, ненаучной форме истины и исторические факты в том и проявляют свою богодухновенность, что они находятся в полнейшем согласии с наиболее достоверными научными открытиями как в области природы, так и истории"25. Критик сетовал на А. П. Лопухина еще и за то, что тот не признавал документарной теории деления текста Пятикнижия на фрагменты, восходящие к разным авторам: ягвисту и элогисту. Лопухин возражал своему оппоненту, что эту теорию разделяют ученые, "игнорирующие новейшие открытия клинописи, так как эти открытия, представляя совместное существование обоих названных документов в древнейших памятниках, совершенно смешали ряд этих теоретиков. Принимать же эту теорию в ее теперешнем разбитом виде, когда трудно указать двух ученых, которые совершено сходились бы между собой в распределении между двумя классами так называемых документов даже из важнейших мест - значило бы, оставляя положительную почву, хвататься за призрак, готовый постоянно исчезнуть совсем"26. Позиция А. П. Лопухина и его аргументация нисколько не потеряли актуальности и сейчас, когда документарная теория практически без возражений принимается в современной западной библеистике и становится все более популярной у многих православных исследователей. Причина такой симпатии к ней часто остается прежней - не в силу ее фактической достоверности, а из-за ее возросшего и укрепившегося авторитета в западной науке. Следует помнить, что А. П. Лопухин был не одинок в своей позиции - из дореволюционных ученых документарную теорию отвергал, например, и профессор Московской Духовной академии С. С. Глаголев (1865-1937).

Критика второго рода звучала из противоположного лагеря, а именно из среды академической профессуры, и была представлена голосом профессора Казанской Духовной академии Я. А. Богородского (1841-1919). Последний высказал удивление по поводу того, что А. П. Лопухин отошел от привычной для русской школьной науки XIX века понимания библейской истории как истории религии по Библии (при таком подходе "библейская история" - это история религии, и в ней нет места для описания быта и нравов библейских времен). Однако А. П. Лопухин пошел дальше и постарался взглянуть на библейскую историю шире - как на историю библейского народа, религия которого "вошла в книгу как часть, хотя и такая, которая по своей важности составляет одушевляющий принцип всей жизни народа"27. По словам Лопухина, "изобразить исторические судьбы израильского народа - не в одном только религиозном отношении, а во всех отношениях его глубокопоразительной и чудесной исторической жизни - и было задачей нашей книги"28. Сомнения проф. Я. А. Богородского в достоинствах книги санкт-петербургского профессора строились, как оказалось, еще и на элементарном неверии в потенциал русской науки: он ставил в упрек Лопухину то, что даже западноевропейские ученые не дали такого связного и полного курса библейской истории, как у нашего ученого, поскольку "не чувствовали в себе отваги дать такой курс по научной осторожности"29. Однако это было неверно: к моменту издания книги Лопухина над курсом библейской истории, построенным в подобном ключе, работал аббат Ф. Ж. Вигуру (1837-1915), с которым А. П. Лопухин вел научную переписку. Труд Ф. Ж. Вигуру, вышедший на несколько лет позже, закрепил концепцию библейской истории, предложенную А. П. Лопухиным30. Пример деятельности Александра Павловича в этой области крайне важен сейчас, когда русский исследователь, обладая сокровищем церковной традиции и имея доступ к кладезю достижений западной учености, способен достичь плодотворного и органичного синтеза указанных направлений.

Будучи редактором академических журналов, Александр Павлович задумался над возможностью издания перевода полного собрания сочинений святителя Иоанна Златоуста, и первые шесть томов вышли под его редакцией. Поскольку по своим научным интересам он был энциклопедист, то, по словам его современника, "Богословская энциклопедия", которую он начал издавать на свой страх и риск, действительно могла быть начата только им"31. С начала 1903 года он уходит из академических журналов и полностью берет на себя редактирование журнала "Странник", с которым он всегда активно сотрудничал32. Кроме улучшения содержательной стороны, Александр Павлович предпринял ряд приложений к журналу, которые бесплатно рассылались подписчикам и представляли собой отдельные книги весьма высокой научной ценности (например, Ф. Фаррар "Жизнь и труды св. отцов и учителей Церкви", "Симфония на Ветхий и Новый Завет", упомянутая "Богословская энциклопедия", труд прот. И. В. Толмачева "Православное собеседовательное богословие", "История христианской Церкви в XIX веке" и др.)33. В последний период жизни А. П. Лопухин предполагал в качестве приложения к журналу "Странник" издать "Толковую Библию, или Комментарий на все книги Св. Писания Ветхого и Нового Завета". Александр Павлович успел подготовить только первый том, обнимающий Пятикнижие, но импульс, приданный им, был столь велик, что издание продолжили его последователи. Именно этот проект увековечил навсегда имя ученого для большинства наших соотечественников, и можно утверждать, что за прошедшее столетие на русском языке не появилось толкования, сопоставимого с этим по своему масштабу и авторитету для православного читателя.

В течение последних нескольких лет здоровье Александра Павловича подтачивала тяжелая болезнь, врачи настойчиво советовали ему полный отдых. Но неутомимый труженик до самой смерти не оставлял своего пера34. Смерть ученого 22 августа 1904 года по старому стилю вызвала глубокую скорбь как в академии, так и среди духовенства35. Погребение его состоялось 24 августа на Никольском кладбище Александро-Невской лавры, где до сих пор находится его могила. Заупокойную литургию и чин отпевания совершил ректор академии еп. Сергий (Страгородский) в сослужении инспектора архим. Феофана (Быстрова), профессоров и студентов в священном сане. Среди прочих, прочувствованное слово в память Александра Павловича произнес протопресвитер Иоанн Янышев, охарактеризовавший почившего как "аскета литературного и ученого труда"36.

Своей литературной деятельностью, которой он отдавался с беззаветной любовью, А. П. Лопухин снискал себе широкую популярность в среде любителей русской духовной литературы и принес несомненную пользу русскому духовному просвещению.

Хочется надеяться, что, отмечая 150-летие со дня рождения прославленного ученого-библеиста, редакция возрожденного журнала "Церковный вестник" возобновит и прекрасный библейский раздел, который долгие годы существовал в журнале под эгидой его замечательного редактора, и который вновь становится актуальным на современном этапе развития библейской науки при свете новых исследований и открытий.

 

Примечания:

1 П. Потехин. Памяти проф. А. П. Лопухина († 22 августа 1904 года). СПб, 1904, 20 стр., с. 19-20.

2 Там же, с. 7.

3 Там же, с. 7-8.

4 Там же, с. 8.

5 Там же, с. 3-4.

6 А. П. Лопухин. Заокеанский Запад в религиозно-нравственном отношении. СПб, 1886, с. 6-7.

7 А. П. Лопухин. Заокеанский Запад в религиозно-нравственном отношении, с. 8; выделено мной, - диак. Д. Ю.

8 Там же, с. 10, прим. 1.

9 Там же, с. 10.

10 Там же, с. 47.

11 Там же, с. 53.

12 Там же, с. 54.

13 Там же, с. 57.

14 Там же, с. 72-80.

15 П. Потехин. Памяти проф. А. П. Лопухина († 22 августа 1904 года), с. 4.

16 Там же, с. 5.

17 По-видимому, исторический метод изложения был навеян Ф. Фаррару Э. Ренаном, но, в отличие от последнего, Ф. Фаррар излагает предмет как убежденный христианин.

18 П. Потехин. Памяти проф. А. П. Лопухина († 22 августа 1904 года), с. 4.

19 Там же, с. 9.

20 Лопухин А. П. Библейская история при свете новейших исследований и открытий. Т. 1. СПб, 1913, с. 2.

21 Лопухин А. П. Два слова в защиту "Библейской истории при свете новейших исследований и открытий". СПб, 1894, с. 4.

22 Там же, с. 19.

23 Там же, с. 4.

24 Там же, с. 5.

25 Там же; выделено мной - диак. Д. Ю.

26 Там же, с. 7.

27 Там же, с. 10.

28 Там же.

29 Цит. по: Лопухин А. П. Два слова в защиту "Библейской истории…", с. 12, прим. 2.

30 По мнению некоторых исследователей (напр., прот. А. Меня, см. его "Библиологический словарь"), А. П. Лопухин имел возможность использовать материалы Ф. Ж. Вигуру при работе над своей книгой. Однако труды А. П. Лопухина не стоят в явной хронологической зависимости от работ Вигуру: книги французского ученого выходили в 1890 и 1896 годах.

31 П. Потехин. Памяти проф. А. П. Лопухина († 22 августа 1904 года), с. 4.

32 Там же, с. 10.

33 Там же.

34 Там же, с. 1-2.

35 Там же, с. 11.

36 Там же, с. 11-12.

 

Система Orphus Заметили ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter


<<<   СОДЕРЖАНИЕ