<<<   БИБЛИОТЕКА   >>>


А. П. Лопухин. Толковая Библия. Книга Иова

ПОИСК ФОРУМ

 

Глава 31

Третья речь Иова к друзьям. 1-40. Иов наказан беспричинно и незаслуженно, так как в прежней своей жизни представлял образец возможной для человека чистоты в нравственном и религиозном отношениях.

1 Завет положил я с глазами моими, чтобы не помышлять мне о девице.

1. Прежде всего Иов был настолько целомудрен, что избегал прелюбодейных помыслов. Он условился с глазами ("завет положил"), через посредство которых проникает в душу развращение (Быт III:6; Притч XXIII:33), не бросать нечистых взоров на девицу (Притч VI:25; Сир IX:5, 8).

2 Какая же участь мне от Бога свыше? И какое наследие от Вседержителя с небес?
3 Не для нечестивого ли гибель, и не для делающего ли зло напасть?
4 Не видел ли Он путей моих, и не считал ли всех моих шагов?

2-4. Побуждением подавлять грех в зародыше служила мысль о наказании ("участь", "наследие"; ср. XX:29; XXVII:13) за нецеломудрие (Быт XXXIX:9), которое при представлении о Боге, как всеведущем Судии (ст. 4; ср. Пс CXXXVIII:2), являлось неизбежным.

5 Если я ходил в суете, и если нога моя спешила на лукавство,- 
6 пусть взвесят меня на весах правды, и Бог узнает мою непорочность.

5-6. Иову чужда была далее неправда в виде скрытой, замаскированной лжи (евр. "шаве"; ср. XI:11; синодальное - "суета") и обмана (евр. "мирма"). Подобных пороков не может усмотреть за ним самый беспристрастный суд ("пусть взвесят на весах"; ср. Дан V:27); он выйдет с него непорочным (ср. I:1; II:3).

7 Если стопы мои уклонялись от пути и сердце мое следовало за глазами моими, и если что-либо нечистое пристало к рукам моим, 
8 то пусть я сею, а другой ест, и пусть отрасли мои искоренены будут.

7-8. За уклонение от пути указанной Богом правды (XXIII:11), начинающееся с пожелания глаз (Быт III:6; 1 Ин II:16), увлекающих душу на путь греха (Притч XXIII:33), которая в свою очередь воздействует на руки, заставляя их осквернить себя чем-нибудь нечистым ("пристало к рукам моим"; ср. Втор XIII:18), в данном случае приобретением чужой собственности, Иов готов понести заслуженное наказание. Его посевами должен воспользоваться другой (ст. 8: ср. V:5; Лев XXVI:16; Втор XXVIII:30 и д. ), а все вообще принадлежавшие ему произведения земли должны быть истреблены. Синодальное выражение "отрасли" передает еврейское слово "цеецаим", которое означает, во-первых, "потомки" (V:25; XXI:8; XXVII:14), во-вторых, "произведения земли" (Ис XXXIV:1; XLII:5). Судя по контексту, здесь оно употреблено в последнем смысле.

9 Если сердце мое прельщалось женщиною и я строил ковы у дверей моего ближнего,- 
10 пусть моя жена мелет на другого, и пусть другие издеваются над нею, 

9-10. Избегавший прелюбодейных помыслов (ст. I), Иов тем более не виновен в самом прелюбодеянии. Его сердце не прельщалось женою ближнего и он не изыскивал хитрых средств ("строил ковы"; ср. Притч VII:7), чтобы осквернить его семейный очаг. Наказанием за это должна была служить утрата собственной жены, превращение ее в рабыню - наложницу другого: "мелет на другого" (ср. Исх XI:5; Ис XLVII:2).

11 потому что это - преступление, это - беззаконие, подлежащее суду; 
12 это - огонь, поядающий до истребления, который искоренил бы все добро мое.

11-12. Неизбежность такого наказания объясняется тем, что прелюбодеяние - преступление (евр. "зимма" - грех плоти; Лев XVIII:17; XIX:29), подлежащее возмездию по суду Бога (Лев XX:10). По своим последствиям оно - всепожирающий, не знающий границ ("поядающий до истребления", - до "аваддона"; ср. XXVI:6) огонь (ср. Притч VI:26-9; Сир IX:9), сопровождающийся расстройством всего достояния прелюбодея (Притч V:9; VI:35).

13 Если я пренебрегал правами слуги и служанки моей, когда они имели спор со мною, 
14 то что стал бы я делать, когда бы Бог восстал? И когда бы Он взглянул на меня, что мог бы я отвечать Ему?
15 Не Он ли, Который создал меня во чреве, создал и его и равно образовал нас в утробе?

13-15. Иов никогда не злоупотреблял правами сильного по отношению к своим слугам и служанкам, - не отказывал им в справедливом суде. Побуждением к этому служила боязнь божественного наказания. При всем своем неравенстве, различии в положении, господин и слуга - одинаковые творения Божии, а дети одного Отца небесного, братья между собою (Мал II:10; Еф VI:9). И Бог не оставил бы без отмщения обидчика своих детей.

16 Отказывал ли я нуждающимся в их просьбе и томил ли глаза вдовы?
17 Один ли я съедал кусок мой, и не ел ли от него и сирота?
18 Ибо с детства он рос со мною, как с отцом, и от чрева матери моей я руководил вдову. 
19 Если я видел кого погибавшим без одежды и бедного без покрова,- 
20 не благословляли ли меня чресла его, и не был ли он согрет шерстью овец моих?

16-20. Не отказывая в помощи разного рода нуждающимся (ср. XXII:7), не истощая терпения просящей о помощи вдовы несбыточными обещаниями ("томить глаза"; ср. 1 Цар II:33), Иов был покровителем сирот, вдов и бедных. С первыми он делился хлебом, являлся их отцом, вторым с самого раннего периода своей жизни заменял сына и третьих согревал от холода, доставляя одежду (ср. XXIX:13).

21 Если я поднимал руку мою на сироту, когда видел помощь себе у ворот, 

21. Тем более Иов не был притеснителем сирот ("поднимать руку"; ср. Ис X:32; XI:15; XIX:16; Зах II:13), хотя и мог это делать, надеясь на безнаказанность со стороны судей ("когда видел помощь себе у ворот"; ср. XXIX:7), у которых пользовался влиянием (Ibid., ст. 8 и д. ).

22 то пусть плечо мое отпадет от спины, и рука моя пусть отломится от локтя, 

22. Насильник, пусть он лишится органа насилия, - руки.

23 ибо страшно для меня наказание от Бога: пред величием Его не устоял бы я.

23. Насилие было для Иова невозможно: от него удерживался он страхом пред величием Божиим.

24 Полагал ли я в золоте опору мою и говорил ли сокровищу: ты - надежда моя?
25 Радовался ли я, что богатство мое было велико, и что рука моя приобрела много?

24-25. Щедрый благотворитель (ст. 17-20), Иов был чужд корыстолюбия, не считал земные сокровища величайшим благом, основою своего благосостояния (ср. XXII:25; Пс LXI:11; 1 Тим VI:17). Поэтому ему была несвойственна радость при умножении богатств.

26 Смотря на солнце, как оно сияет, и на луну, как она величественно шествует, 
27 прельстился ли я в тайне сердца моего, и целовали ли уста мои руку мою?

26-27. Чуждый служению золоту (Кол III:5), Иов тем более не может быть обвиняем в настоящем идолопоклонстве, поклонении сияющим, как золото и серебро, солнцу и луне. Он "не прельщался" (ср. Втор IV:19; XI:16) их величественным видом и в знак почтения к ним "не целовал руки своей". "Целование руки" - знак почитания у древних. Лукиан представляет индийцев, поклоняющихся солнцу, thn ceϊra kusanteV peri orchsewV... Inter adorandum, - замечает Плиний, - dexteram ad osculum referimus.

28 Это также было бы преступление, подлежащее суду, потому что я отрекся бы тогда от Бога Всевышнего.

28. Обоготворение твари, перенесение на нее тех почестей, которые должны быть воздаваемы только одному Богу, является отречением от Него, подлежащим наказанию преступлением (ср. Втор IV:24; VI:15; Нав XXIV:19; Ис XIII:3; XLVIII:11).

29 Радовался ли я погибели врага моего и торжествовал ли, когда несчастье постигало его?
30 Не позволял я устам моим грешить проклятием души его.

29-30. Верхом добродетелей Иова было доброжелательство по отношению к врагам, исключавшее злорадство при виде их несчастий (Притч XXIV:17) и пожелание зла при виде благоденствия. Всего этого, особенно призывания на недруга смерти (ст. 30), он избегал, как греха.

31 Не говорили ли люди шатра моего: о, если бы мы от мяс его не насытились?
32 Странник не ночевал на улице; двери мои я отворял прохожему.

31-32. Доброжелательство к врагам было проявлением свойственного Иову человеколюбия, простиравшегося на совершенно чуждых ему лиц (странников) и выражавшегося в широком гостеприимстве. Свидетелями этого являются "люди шатра его", - слуги, говорящие, что не было человека, который бы не насытился от его блюд.

33 Если бы я скрывал проступки мои, как человек, утаивая в груди моей пороки мои, 
34 то я боялся бы большого общества, и презрение одноплеменников страшило бы меня, и я молчал бы и не выходил бы за двери.

33-34. Благочестие и нравственность Иова не были показными. Если бы он, в действительности порочный, скрывал, как Адам (евр. "кеадам"; синод, "человек"), свои проступки (Быт III:12), то боязнь быть обличенным, вызвать презрение сограждан заставила бы его скрываться, не позволила бы выйти за двери своего шатра (ср. Быт III:8-10). Но он пользовался почетом и уважением, принимал участие в решении общественных дел (XXIX:7-10, 21-25), следовательно, ему было чуждо лицемерие.

35 О, если бы кто выслушал меня! Вот мое желание, чтобы Вседержитель отвечал мне, и чтобы защитник мой составил запись.

35. Защитительная речь Иова относится ко всему ранее им сказанному о своей невинности, как скрепляющая, удостоверяющая письмо подпись. "Вот мое желание" = еврейскому: "ген тавп", - "вот мой тав", последняя буква еврейского алфавита, употребляемая для засвидетельствования чего-нибудь (Иез IX:4). Представив доказательства своей невинности, Иов желает, чтобы его соперник, т. е. Бог, явился на суд с ним с обвинительным документом. Вместо: "чтобы защитник мой составил запись", буквально с еврейского должно перевести: "и пусть соперник мой напишет свою обвинительную запись".

36 Я носил бы ее на плечах моих и возлагал бы ее, как венец; 

36. В сознании своей правоты Иов не может допустить мысли, чтобы эта "обвинительная запись" доказала его виновность. Наоборот, она послужила бы свидетельством его невинности: восстановила бы его достоинство ("носил на плечах"; ср. Ис IX:5) и честь ("возлагал бы ее, как венец"; ср. Зах VI:11).

37 объявил бы ему число шагов моих, сблизился бы с ним, как с князем.

37. Поэтому Иов отвечал бы Богу, не как робкий, трепещущий при мысли о наказании Адам, а как князь, т. е. смело и безбоязненно ("приблизился к Нему, как князь").

38 Если вопияла на меня земля моя и жаловались на меня борозды ее; 
39 если я ел плоды ее без платы и отягощал жизнь земледельцев, 
40 то пусть вместо пшеницы вырастает волчец и вместо ячменя куколь. Слова Иова кончились.

38-40. Если все сказанное Иовом неверно, если он величайший грешник, наказания которого требует неодушевленная природа (XX:27; Авв II:11 и д. ), - истощенная его жадностью почва (ср. Пс LXIV:11); если он делал невыносимою жизнь ее прежних владельцев (ср. XXII:8), то пусть на него во всей силе падет проклятие, поразившее первого человека (ст. 40; ср. Быт III:18). Пусть он будет, подобно ему, отвергнут Богом.

 

Система Orphus Заметили ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter


<<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>>