<<<   БИБЛИОТЕКА   >>>


Сокровищница духовной мудрости

ПОИСК ФОРУМ

 

Помощь Божия

Познавший немощь свою, из многих искушений, и телесных и душевных страстей, познает бесконечное могущество Бога, как Он избавляет смиренных, вопиющих к Нему претрудною молитвою от сердца. И таковому молитва бывает уже сладостна. Видя, что без Бога ничего не может сделать, и, страшась падения, он подвизается быть неотступно при Боге; удивляется же, помышляя, как Бог его избавил от стольких искушений и страстей, и благодарит Могущего избавить его, а с благодарением получает смирение и любовь, и отнюдь никого не смеет судить, зная, что как Бог помог ему, так может и всем помочь, когда восхощет... Может быть, иной и успевает бороться со многими страстями и побеждать их, а себя считает немощным (сщмч. Петр Дамаскин, 74, 23).

***

Не надейся на свои силы, и помощь Божия будет соприсутствовать тебе (прп. авва Исаия, 59, 95).

***

...Дела обличают нас, когда в скорбях скорее прибегаем ко всему прочему, только не к Богу. Больно у тебя дитя? Ищешь ворожею или вешающего на шеи младенцам пустые надписи или, наконец, идешь ко врачу и за лекарствами, пренебрегши Того, Кто может спасти. Возмутил тебя сон? Бежишь к снотолкователю, устрашился ты врага! Ищешь заступника в ком-нибудь из людей. Вообще при всякой нужде обличаешь сам себя, что на словах называешь Бога прибежищем, и на деле домогаешься помощи от бесполезного и суетного. Но праведнику истинная помощь — Бог (свт. Василий Великий, 5, 212).

***

Всякий человек имеет нужду в великой помощи, потому что, по немощи, естественно в нем находящейся, с ним встречается много горестного и трудного. Посему, ища убежища от всех бедствий, как бы удаляясь в безопасное место или, по причине неприятельского нашествия, укрываясь на какой-то острой вершине горы, окруженной крепкою стеною, прибегает он к Богу, только пребывание в Нем признавая для себя успокоением (свт. Василий Великий, 5, 291).

***

...Бог — наш помощник и споборник всякого сражающегося противу козней диавола, и посылает служебных духов к требующим спасения (свт. Василий Великий, 5, 293).

***

...Тот получает помощь от скорби, кто человеческую помощь презирает, как суетную, и утверждается в надежде на могущего спасти нас, утверждается же о Христе Иисусе, Господе нашем... (свт. Василий Великий, 5, 327).

***

Всего более уповай на руку Великого Царя, которая, едва только покажется, приводит в страх и обращает в бегство сопротивных... (свт. Василий Великий, 9, 33—34).

***

Кто хочет иметь помощь от Бога, тот не изменяет долгу; а кто не изменяет долгу, тому никогда не изменяет Божие содействие (свт. Василий Великий, 9, 323).

***

...Не надобно доводить себя до того, чтобы осуждала в чем-либо собственная совесть, и в таком состоянии призывать Божию помощь; призывать же ее должно не с нерадением, не скитаясь умом туда и сюда. Такой не только не получит просимого, но еще более преогорчит Владыку (свт. Василий Великий, 9, 323—324).

***

...Получаем ли скорее или медленнее, пребудем благодарными Господу, потому что все, что ни делает Владыка, домостроительствует ради нашего спасения; только мы да не будем из малодушия прекращать прошения (свт. Василий Великий, 9, 327).

***

Никогда не спотыкнется, кому Ты <Господь> бываешь опорой, никогда не падет, кто утверждается в Тебе (прп. Ефрем Сирин, 31, 148).

***

...Без Божия покровительства человек ничто. Велика злокозненность врагов наших, но преимущественнее ограждающая человека помощь Божия; только мы не даем видеть сего очам своим (прп. Ефрем Сирин, 31, 300).

***

...Божественная сила не без причины приходит не ко всем, но оставляя тех, которые по нерадению изменяют собственному своему спасению, уделяет помощь свою решившимся делать что надлежит (прп. Ефрем Сирин, 32, 346).

***

...Спаситель наш отвсюду подает и надежду, и помощь всякому, кто хочет приблизиться к Нему и исповедать Его Сыном Божиим (прп. Ефрем Сирин, 33, 166).

***

Как скоро взор Твой, Господи всяческих, обращается на мглу грехов моих, она исчезает передо мною, и беспрепятственно, со всею ревностию, начинаю ходить путем заповедей Твоих, укрепляясь надеждою на Тебя и освободясь от мрака заблуждений (прп. Ефрем Сирин, 33, 204).

***

Лукавый сатана изблевал на меня яд свой, растлил и низложил меня грехом. Но поелику иду я Твоим путем, а Ты всемогущ, то питает надежду немощь моя, что Ты, презря его, окажешь мне помощь оставлением грехов, и посрамится растлитель мой (прп. Ефрем Сирин, 33, 205—206).

***

От Тебя всякая сила. Тобой побеждают доблестные. Ты возводишь их на высоту доброй жизни. Твоя любовь укрепляет немощных и робких. И мое время, Господи, не проходит бесполезно (прп. Ефрем Сирин, 33, 230).

***

К Тебе прибегаю, Господи Иисусе, в Кресте Твоем ищу защиты; потому что снял Ты с меня сатанинское иго, чтобы стать мне делателем в винограднике Твоем, прославлять, чтить и величать Тебя, и Отца Твоего, и Духа Святаго (прп. Ефрем Сирин, 33, 310).

***

Когда даст Бог, ничего не сделает зависть; а когда не даст, не поможет никакой труд (свт. Григорий Богослов, 15, 369).

***

...Где восседает и правит душою Сам Господь, там всегда одерживает Он победу, искусно и постоянно правя браздами и путеводствуя колесницу души к небесному и божественному образу мыслей (прп. Макарий Египетский, 67, 10).

***

Достойною же помощи <Божией>... делается такая душа, которая все почитает излишним, не упокоевается ни на чем в мире, одного ждет к своему упокоению, а именно, что будет упокоена и обрадована Его благостию... (прп. Макарий Египетский, 67, 39).

***

...Божиею силою низлагает он <человек> мир и силы порока, которые осетили душу в мире, и в пучине мира опутывают ее мрежами всякого рода пожеланий (прп. Макарий Египетский, 67, 49).

***

...Человек сам собою не в состоянии избавить себя от противления, от скитания помыслов, от невидимых страстей и козней лукавого (прп. Макарий Египетский, 67, 176).

***

Богу легко все совершить в одно мгновение, только ты имел бы любовь к Нему (прп. Макарий Египетский, 67, 201).

***

...Когда увидит <Господь> рачительность твою в искании Его, тогда явится и откроется тебе, подаст помощь Свою... (прп. Макарий Египетский, 67, 237).

***

...Дух Святый подкрепляет христиан, поддерживая и руководствуя душу в чувстве (прп. Макарий Египетский, 67, 302).

***

...В том особенный дар Божий, что Он верным рабам, в их лишении, дарует более, чем можно надеяться (свт. Григорий Нисский, 25, 249).

***

...Будем непрестанно прибегать к Богу и во всякой печали искать Его утешения, во всяком несчастии — Его избавления, Его милости, во всяком искушении — Его помощи (свт. Иоанн Златоуст, 45, 341).

***

Пусть возделывают люди землю... и прилагают большую заботливость, пусть в воздухе будет благорастворение... Если не будет соизволения Владыки, все тщетно и напрасно, и от множества трудов и усилий не последует никакого успеха... (свт. Иоанн Златоуст, 45, 341).

***

Но как можем мы привлечь к себе помощь Духа и расположить Его пребывать в нас? — Добрыми делами и хорошей жизнию (свт. Иоанн Златоуст, 46, 281).

***

...Если Он <Господь> увидит, что мы обращаемся (к добру), делаемся скромны и вообще полагаем хотя некоторое начало (добродетельной жизни), то и со Своей стороны окажет нам помощь, соделывая для нас все легким и удобным и не давая нам даже и почувствовать (тяжесть) подвигов добродетели (свт. Иоанн Златоуст, 47, 290).

***

...Божии распоряжения — они чудны и необычайны! Когда люди начинают уже отчаиваться в своих делах, тогда-то Бог и являет непреоборимую во всем силу Свою (свт. Иоанн Златоуст, 47, 350).

***

...Ведущий сокровенные помышления наши, как скоро видит, что мы являем в себе здравый ум и усердно подвизаемся в добродетели, немедленно и от Себя подает помощь, облегчая для нас труды, укрепляя немощь нашего естества... (свт. Иоанн Златоуст, 47, 460).

***

Зная слабость человеческой природы, Он <Господь>, чтобы мы не падали духом в тяжких трудах, часто среди трудов подает нам и помощь, и награды, — и труд наш облегчая, и ревность усиливая (свт. Иоанн Златоуст, 47, 463).

***

Мановению Божию все повинуется и покоряется, и тогда трудное становится легким, и невозможное — возможным. Только бы мы имели твердую веру в Него и, взирая на величие силы Его, становились выше всего человеческого (свт. Иоанн Златоуст, 47, 510).

***

...Хотя бы <мы> не имели никакой надежды на спасение, но как скоро Богу угодно будет (помочь нам), мы не будем иметь нужды ни в чьей помощи, а одна помощь Божия доставит нам все (свт. Иоанн Златоуст, 47, 514).

***

...Нет ничего сильнее (человека), огражденного высшею <Божией> помощию, и нет ничего слабее лишенного этой помощи... (свт. Иоанн Златоуст, 47, 514).

***

...Нет безопаснее человека, который пользуется помощию <Божией> свыше (свт. Иоанн Златоуст, 47, 563).

***

Когда мы делаем все, что зависит от нас, тогда в обилии получаем и Божию помощь (свт. Иоанн Златоуст, 47, 568).

***

...Если кто захочет располагать свои дела по воле Божией, то получает свыше такое содействие, что чувствует это в самом ходе своих дел (свт. Иоанн Златоуст, 47, 571).

***

Если Он <Господь> солнце Свое сияет на злыя и благия и дождит на праведныя и неправедныя (Мф. 5, 45), то тем более не презрит отвращающихся от зла, убегающих от неправды, но удостоит их особого промышления и во всем покажет Свое попечение (свт. Иоанн Златоуст, 47, 585).

***

...Когда мы пользуемся благоволением свыше, то не только можем избегать наветов злых людей, но если и лютые звери нападут на нас, мы не подвергнемся никакой беде (свт. Иоанн Златоуст, 47, 615).

***

...Как без высшей помощи мы не в силах сделать ничего как должно, так, с другой стороны, без приложения от себя собственных усилий не можем удостоиться и вышней помощи (свт. Иоанн Златоуст, 47, 634).

***

Если Он <Господь> увидит, что мы со своей стороны прилагаем все возможное старание и угодное Ему предпочитаем человеческому, то покажет и Сам такое о нас попечение, что мы сделаемся во всем непреоборимыми (свт. Иоанн Златоуст, 47, 649).

***

...Помощь свыше приходит с щедростию тогда, когда и мы покажем много добродетели (свт. Иоанн Златоуст, 47, 670).

***

Кто удостоился этой <Божией> помощи, тот и среди бед посмеётся им и не поставит их ни во что, потому что Господь все творит для него и благоустрояет, во всем споспешествует ему и тяжкое делает легким (свт. Иоанн Златоуст, 47, 670).

***

Как же можем мы всегда иметь с собою Господа и получать от Него благопоспешение во всем? — Если мы будем всегда трезвиться и бодрствовать... будем помнить, что все должно делать с таким тщанием, чтобы никогда не подвергнуться осуждению от Господа, — что никому невозможно укрыться от Его неусыпного Ока, и что грешник непременно должен подвергнуться наказаниям (свт. Иоанн Златоуст, 47, 670—671).

***

Если мы хотим удостоиться помощи свыше, должны просить того, что согласно со справедливостью, чтобы силой свойством крещения склонить к себе Спасающего правые сердцем (свт. Иоанн Златоуст, 48, 73).

***

Как художнику свойственно строить, кормчему — управлять кораблем, солнцу — светить, так Тебе <Богу> свойственно защищать сирот, простирать руку помощи бедным... (свт. Иоанн Златоуст, 48, 131).

***

...Надейся на милость Его <Божию>, нисколько не сомневаясь, и ты непременно получишь просимое; а получив, не будь неблагодарным и непризнательным к Благодетелю, но устрой памятник благодеяния Его, вознеси благодарственную песнь Господу (свт. Иоанн Златоуст, 48, 150).

***

Если ты хочешь видеть силу непобедимую, прибежище неизменное, крепость непреодолимую, ограду непоколебимую, то прибегни к Богу, обратись к Его силе (свт. Иоанн Златоуст, 48, 209).

***

Если потерпевшие кораблекрушение и несущиеся на досках, призывая людей, находящихся вдали, немедленно располагают их к человеколюбию, хотя не имеют с ними ничего общего, но стали известны им только по случившемуся несчастию, то тем более Бог, человеколюбивый и по существу Своему благий, избавит находящихся в несчастии, если только они захотят прибегнуть к Нему и искренно призвать Его, оставив надежды человеческие (свт. Иоанн Златоуст, 48, 339).

***

...Если Бог не подаст Своей помощи, то все напрасно; а когда Он подаст Свою помощь, тогда и сон приятен, тогда будет и покой, и жизнь, свободная от опасностей и исполненная мира (свт. Иоанн Златоуст, 48, 395).

***

Бог не лицеприятен и не помогает одним, а другим нет, но подает Свою помощь всем, кто к Нему обращается (свт. Иоанн Златоуст, 48, 871).

***

Когда Бог нам враг, то хотя бы у нас были и блага, и друзья, от них не будет никакой пользы; когда же Бог к нам благорасположен, то ничто враждебное не может повредить нам (свт. Иоанн Златоуст, 49, 311).

***

...Когда Бог утешает, то хотя бы тысячи горестей с тобой случились, все победишь, потому что Бог всегда награждает труды с преизбытком (свт. Иоанн Златоуст, 50, 152).

***

...Бог Своими дарами не предваряет наших желаний, но когда мы начнем, когда обнаружим желание, тогда и Он подает нам многие способы к спасению (свт. Иоанн Златоуст, 51, 122).

***

...Когда Он <Бог> видит, что Его верные терпят притеснения, Он не спешит со Своею помощию, чтобы дать людям возможность благодеяниями притесняемым устроять свое спасение (свт. Иоанн Златоуст, 51, 611).

***

...Бог везде неразлучен с любящими Его; содержатся ли они в темнице, находятся ли в изгнании, или в бездне моря, заключены ли в яме, или где бы то ни было подвергаются опасности, Бог не оставляет их, содействуя им, и укрепляя их, и облегчая их труды (свт. Иоанн Златоуст, 51, 769).

***

...Будем всячески стараться о том, чтобы снискать себе небесную помощь, чтобы не испытать и настоящих горестей, и сподобиться будущих благ... (свт. Иоанн Златоуст, 52, 51).

***

Кто помнит Бога, у того в сердце гнездятся все блага радости; там источник, изобилующий благами, там мед, и сот, и зажженный светильник, там в сокровении сокровищница Святой Троицы. Отец, и Сын, и Святый Дух приходят и у него жительствуют; и он уже не оглашаемый человек, а богоносимый ангел (свт. Иоанн Златоуст, 53, 831).

***

...Ни тело, ни душа сами по себе, если не получат помощи свыше, не в состоянии совершить ничего великого и доблестного (свт. Иоанн Златоуст, 54, 46).

***

Доколе находимся в руке Божией, никто не может похитить нас, потому что она крепка. Когда же ниспадем из руки Его и лишимся Его помощи, тогда мы погибли, доступны всем на расхищение, всем на попрание... (свт. Иоанн Златоуст, 54, 270).

***

...Мы нуждаемся в помощи Божией, как бы в некотором ветре, чтобы наш парус, точно каким сильным дуновением, подвигаем был к любви Божией (свт. Иоанн Златоуст, 54, 608).

***

...Нам следует наперед избирать доброе, и когда мы изберем, тогда и Он <Бог> оказывает Свое содействие (свт. Иоанн Златоуст, 55, 115).

***

...Если мы будем всегда созерцать Бога умом, если будем постоянно помнить о Нем, то для нас все окажется легким, все сносным, все мы будем переносить удобно и станем выше всего (свт. Иоанн Златоуст, 55, 215).

***

...Если ты придешь поклониться Богу и примешь участие в здешнем (церковном) занятии, то более легкими станут для тебя и предстоящие (житейские) дела (свт. Иоанн Златоуст, 55, 490).

***

...Когда Бог находится с нами и защищает нас, все печали исчезают... (свт. Иоанн Златоуст, 55, 543).

***

...Никакая сила не превозможет того, кто огражден высшею помощию, и нет никого слабее, чем тот, кто лишен ее, хотя бы он был окружен тысячами войск (свт. Иоанн Златоуст, 55, 775).

***

Бог постоянно ожидает, не позовет ли Его кто-нибудь из Его слуг, и никогда не оставит без ответа, если Его позовут, как должно (свт. Иоанн Златоуст, 55, 823).

***

Бог есть ревнитель и особенно гневается, когда мы не обращаемся к Его помощи, (поэтому) приводит в такое положение, которое вынуждает нас искать Его помощи (свт. Иоанн Златоуст, 55, 1152).

***

...Мало того, чтобы начала только спасения были положены благодатию Божиею, если притом они не будут возводимы и к совершенству тем же милосердием и непрестанною помощию Его. Ибо не свободная воля, но Господь решит, окованыя, не наша сила, но Господь возводит низверженныя, не прилежное чтение, но Господь просвещает слепцы, не наша осторожность, но Господь хранит пришельцы (Пс. 145, 7—9), не наше мужество, но Господь утверждает вся низпадающия (ср.: Пс. 144, 14). Впрочем, это говорим мы не с тем, чтобы упразднить всякое свое попечение или труд и заботу, как будто бы они напрасно были употребляемы, но с тем, чтобы показать, что как самое попечение не может у нас родиться без помощи Божией, так и все труды наши не сильны доставить нам совершенную чистоту, если она не будет дарована благостию и содействием Господа (прп. авва Пафнутий, 56, 218—219).

***

...Мы должны быть уверены, научаясь как из опытов вещей, так и из бесчисленных свидетельств Священного Писания, что мы своими силами, без подкрепления, помощи Божией, не можем победить стольких врагов и всегда должны приписывать Ему нашу победу (прп. авва Пафнутий, 56, 252).

***

...Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися (Пс. 69, 2). Этот стишок по достоинству выбран из всего состава Священного Писания. Ибо он объемлет все расположения, какие только могут относиться к природе человеческой и прилично прилагаются ко всякому состоянию и всем случаям; именно он заключает призывание Бога во всех опасностях, заключает смирение благочестивого исповедания, заключает постоянное бодрствование с заботливостью и страхом, содержит сознание своей слабости, чаяние услышания, надежду на настоящую и всегда присущую помощь. Ибо кто непрестанно призывает своего покровителя, тот уверен, что Он всегда присущ.

(Этот стих) содержит горячность любви и расположения, содержит усмотрение наветов, страх врагов которыми, видя себя окруженным днем и ночью, сознается, что без помощи своего Защитника он не может избавиться от них.

Этот стишок есть непреоборимая стена для всех, подвергающихся нападению демонов, непроницаемая броня и крепкий щит. Он находящимся в унынии и смущении духа или угнетаемым печалью или какими-нибудь помыслами не допускает отчаиваться в средствах к спасению, показывая, что Тот, Кого призывает, всегда призирает на нашу борьбу и присущ нашим мольбам. А когда мы имеем духовный успех и веселие сердца, то он увещевает, что вовсе не должно превозноситься, надмеваться счастливым состоянием, которое мы не можем удержать без покровительства Бога, когда умоляем Его не только всегда, но и скоро помочь нам.

Этот... стишок всякому из нас необходим и полезен во всяком состоянии. Ибо кто всегда и во всем желает себе помощи, тот показывает, что он не только в обстоятельствах трудных и печальных, но и в счастливых и радостных равно имеет нужду в помощнике Боге, чтобы Он содействовал ему как от тех избавиться, так и в этих (счастливых обстоятельствах) пребывать, зная, что слабость человеческая ни в том, ни в другом не устоит без Его помощи... Когда хочу заняться чтением для утверждения сердца, а беспокоящая болезнь головы не дозволяет, и в третьем часу сон склоняет лицо мое к священной книге, и я принужден определенное для покоя время пропустить или предварить; наконец, тяжелый гнет сна заставляет меня прервать положенное по уставу богослужение и псалмопение, также надобно мне вопиять: Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися.

Вижу, что я крайне ослабел от того, что, по наваждению диавольскому, отлетел от очей моих сон и от век моих удалилось всякое отдохновение ночного покоя, — с воздыханием мне надобно молиться: Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися. Опять, когда я нахожусь в борьбе со страстями, вдруг щекотание плоти уязвляет меня, и обольстительным удовольствием во время сна заставляет меня склониться к согласию, то, чтобы разгорающийся чуждый огонь не сожег благовонные цветки целомудрия, надобно мне взывать: Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися. Чувствую ли, что возбуждения похоти прекратились и жар в детородных членах моих охладел, то, чтобы родившаяся эта добродетель и благодать Божия дольше или постоянно пребывали во мне, с усердием надобно мне говорить: Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися. Беспокоит ли меня страсть гнева, сребролюбия, печали и принуждает меня нарушать предпринятую и любезную для меня кротость, то, чтобы возмущением гнева не увлечься в желчную раздражительность, с глубоким стенанием мне надобно взывать: Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися. Искушает ли меня уныние, тщеславие, гордость и дух мой обольщается тонким помыслом о нерадении или холодности других, то, чтобы не возобладало надо мною это гибельное внушение врага, со всем сокрушением сердца мне надобно молиться: Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися. Благодать ли смирения и простоты по отвержении гордости приобрел я постоянным сокрушением духа, то, чтобы опять не наступила на меня нога гордости, рука грешника не изгнала меня (см.: Пс. 35, 12) и не потерпеть мне большего поражения от возношения своею победою, всеми силами мне надобно восклицать: Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися. Возмущаюсь ли разными, бесчисленными блуждениями души и непостоянством сердца, не могу ли удержать рассеяния помыслов и самую молитву свою не могу изливать без перерыва, без мечтаний, суетных образов, без воспоминания о словах и делах и чувствую себя стесненным такою сухостию этой бесплодности, что вовсе не сознаю в себе никакого возникновения духовных чувств, то, чтобы мне освободиться от этой нечистоты души, от которой не могу избавиться многими стонами и воздыханиями, необходимо буду взывать: Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися. Чувствую ли, что посещением Святаго Духа я опять владею душою, достиг постоянства помыслов, бодрости сердца с неизреченною радостию и восхищением духа, полнота духовных чувств преизобилует, при внезапном озарении Господа получил ли я откровение священнейших разумений, прежде вовсе сокрытых от меня; то, чтобы мне удостоиться дольше пребывать в этом, заботливо и часто надобно мне взывать: Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися. Тревожат ли меня ночные ужасы демонов... беспокоят ли мечтания нечистых духов, самая надежда спасения и жизни у меня исчезает от страшного трепета, то, прибегая к спасительной пристани этого стишка, всеми силами я буду взывать: Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися. Опять, когда утешением Господа буду ободрен, воодушевленный Его пришествием, буду чувствовать, что как будто я огражден бесчисленными тысячами ангелов, так что кого я прежде боялся больше смерти и которых прикосновение, даже приближение я чувствовал с трепетом духа и тела, вдруг осмеливаюсь искать сойтись с теми, вызывать их на борьбу, то, чтобы по благодати Божией дольше продлилась во мне сила такой стойкости, всеми силами мне надобно взывать: Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися. Итак, молитва этого стишка с неослабным постоянством должна быть изливаема, чтобы избавиться от несчастий, а в счастии сохраниться от превозношения.

Размышление об этом стишке... постоянно должно обращаться в твоей груди. Во всяком деле, или служении, или в пути не переставай воспевать его и размышлять о нем и во время сна, и во время обеда, и в последних потребностях природы. Это размышление сердца, сделавшись для тебя как бы спасительным образцом, не только сохранит тебя невредимым от всякого нападения демонов, но и, освободив от всех пороков земной нечистоты, приведет тебя к невидимому, небесному созерцанию и сообщит неизреченную и немногими испытанную горячность молитвы. Засыпай с размышлением об этом стишке, пока через постоянное упражнение в этом привыкнешь воспевать его даже и во сне. По пробуждении пусть он первый встречается тебе во время бодрствования, пусть он предваряет все помышления; когда встаешь с постели, пусть он заставляет тебя преклонять колена, отсюда пусть ведет тебя на всякую работу и дело, пусть он сопровождает тебя во всякое время; ты будешь размышлять о нем по заповеди Законодателя, сидя в доме, ходя по пути, засыпая и пробуждаясь; напишешь его на пороге и дверях уст твоих; поместишь его на стенах твоего дома и во внутренних покоях твоей груди (см.: Втор. 6, 7—9), так чтобы у тебя было это возвышенное пение, когда кланяешься на молитве, когда поднимаешься и когда приступаешь ко всякому необходимому употреблению жизни, пусть будет эта готовая и постоянная молитва (авва Исаак, 56, 357—361).

***

...Бог, подобно нежнейшему отцу и сострадательному врачу, во всех нас все производит, именно: у иных Он производит начало спасения и воспламеняет усердие к Нему, у других приводит к концу дела, к усовершению в добродетелях, иных удерживает, без ведома их, от близкого падения, от погибели, а другим подает случай и удобства к спасению, препятствует стремительным порывам к смертоносным расположениям, иным хотящим и текущим вспомоществует, других не хотящих и противящихся привлекает и склоняет к доброму расположению... Православные отцы, которые достигли совершенства сердца не суетным рассуждением на словах, а самым делом — подвигом, утверждают, что Бог в каждом человеке возбуждает желание добра, — впрочем, так, что человек по свободному произволению может стремиться и к противному; во-вторых, благодать Божия помогает упражняться в добродетелях, но не исключается при этом и произволение, и, в-третьих, утверждает в добродетели, не стесняя при этом свободы. Итак, Творец всюду производит все, возбуждая, содействуя и утверждая без нарушения данной Им же свободы (прп. авва Херемон, 56, 419—420).

***

Кто не изменяет благоприличию... тому никогда не изменит Божия помощь (прп. Исидор Пелусиот, 61, 209).

***

Если неопустительно и со всею рачительностию будем делать все, что от нас зависит, то должно нам тогда призывать на помощь Божию силу. Она придет и всеми способами доставит победу. Если же не сделано нами ничего должного, то напрасно наше призывание; потому что не терпит она посмеяния и не приходит к тем, которые сами себя охотно ввергают в необъятное море (прп. Исидор Пелусиот, 61, 383).

***

Не только в том, что не в нашей силе... но и в том, что в нашей силе, не возможем привести сего к совершенному скончанию, если не снизойдет к нам великая помощь от Божественного Промысла. Снизойдет же она непременно к тем, которые без уклончивости привнесут от себя все от них зависящее и не опустят ничего служащего к тому. Ибо помощь сия, побуждая нехотящих, тех, которые хотят и все делают, и употребляют все средства, непременно возведет на самый верх преуспеяния (прп. Исидор Пелусиот, 62, 88).

***

Как выгодное местоположение города влечет за собой и выгодное благорастворение погоды, так и для души благорасположением к добродетели уловляется божественное содействие (прп. Исидор Пелусиот, 62, 158).

***

Желающему воспользоваться непрепобедимою помощию надлежит просить чего-либо такого, что согласно с законом справедливости, чтобы самою сущностию прошения привлекалась всепомоществующая сила; потому что она, незванно приходя к обиженным, не приходит к призывающим не по действительной нужде, а по любостя жательности (прп. Исидор Пелусиот, 62, 340).

***

Кто упражняется в добродетели, тому справедливо призывать в помощь Божию силу. А кто вовсе не заботится о добродетели, тот, если и призывает, не послушает его Бог; потому что с благоволением взирает только на того, кто исполняет все от него зависящее (прп. Исидор Пелусиот, 62, 420).

***

Великое нечто человек, когда помогает ему Бог, а коль скоро оставлен он Богом, познает немощь естества своего (прп. Нил Синайский, 72, 268).

***

Но и содействие свыше требует также нашего произволения (прп. Нил Синайский, 73, 127).

***

Печется же о нас Бог, когда и мы печемся о деле духовном (прп. Нил Синайский, 73, 244).

***

Хотя и почтены мы свободою произволения; однако же без содействия свыше не можем на пути настоящей жизни совершить ни одного доблестного дела (прп. Нил Синайский, 73, 410).

***

Для всякой добродетели потребны и труд, и время, и то, чтобы желать ее искренно, особенно же потребно для нее содействие Божие. Ибо если Бог не посодействует произволению нашему, всуе будет труд наш, так же как и труд земледельца, обработавшего и засеявшего свои земли, если не одождит Бог на семя его. Содействие же Божие требует наших молитв и молений; ибо ими только привлекаем мы помощь Божию в заступление нас. Если вознерадим о молитве, то как Бог призрит на труд наш? Тоже если и будем молиться, но лениво и рассеянно, или скоро скучать за молитвою, ничего получить не сподобимся, как я всегда говорил вам: ибо Бог смотрит на наше произволение и, судя по нему, подает дары (прп. Зосима, 91, 118).

***

Не обеднел Господь Иисус и не обессилел, чтобы даровать и нам такие же блага, какими обогатил Он святых патриархов, если бы видел, что мы во благо себе и славу Его пользуемся тем, что уже даровал Он нам. Но как видит, что мы по своей неустроенности во вред себе обращаем данные уже Им нам невеликие и немногие дары; то, как человеколюбивый, и не вверяет нам больших, чтобы мы не погибли вконец. Если бы Он видел, что мы во благо себе обращаем немногое данное уже, то, конечно, не был бы бессилен даровать нам и большее... (прп. Зосима, 91, 119).

***

В скорби должно просить Божией помощи. Без нужды же искушать Бога опасно (прп. Исаак Сирин, 58, 100).

***

...Прежде нежели скажем или сделаем что-нибудь, испытаем, согласно ли это с волею Божиею; и тогда, помолившись, скажем или сделаем сие и повергнем немощь нашу пред Богом, и благость Его поможет нам во всем... (прп. авва Дорофей, 29, 184).

***

Поддерживает Господь всех падающих и восставляет всех поверженных долу, по милосердию Своему (авва Фалассий, 91, 294).

***

Невозможно освободиться нам от неразумия, если не воцарится в нас Сын Божий и Слово Божие, Господь наш Иисус Христос, благодатию Святаго Духа. И сие-то есть истина, которую пришел Господь засвидетельствовать. Если не восцарствует в нас Христос, то невозможно, чтобы в нас, собственными нашими средствами, было что-либо благоугодное Ему, но мы будем обладаемы врагом рода человеческого, диаволом, не чувствуя и не понимая того. Где царствует Бог, там нет рабства диаволу, но все служение единому Богу (прп. Симеон Новый Богослов, 76, 364).

***

Действование Божие в трудящихся о спасении начинается с первых минут обращения к Богу, и самое обращение оно же совершает. Но оно возрастает по мере того, как трудящийся, отклоняясь от себя, к Богу прилепляется и, убеждаясь в своем бессилии, утверждается в уповании на силу Божию. Когда, наконец, он всего себя предаст Богу, Бог бывает в нем действующим и в указании должного, и в исполнении его. Это — верх христианского совершенства... (прп. Никодим Святогорец, 70, 232).

***

...Без воли Божией и тысячи людских помощников не помогут (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 81, 111).

***

От Бога ничего не утаено... Все Он видит. И молитву всякую слышит, а исполняет ее не по нашему желанию, а как нам спасительно (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 81, 116).

***

Помощь Божия всегда готова и всегда близ, но она уделяется только ищущим и трудящимся, и притом тогда, когда ищущие переиспытывают все свои средства... и полным сердцем начнут взывать: Господи, помоги! (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 82, 41).

***

Сознание бессилия — настоящее преддверие к получению помощи Божией! (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 82, 90).

***

...Бог не станет делать, пока не увидит болезненного труда собственно нашего (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 82, 250).

***

Помощь Божия будет сопутствовать вам... Но она помощна борющимся, а не поддающемуся первому удару искушения (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 82, 97).

***

Великую силу имеет тот, кто подвизается в течение всей жизни и ежедневно, до последнего издыхания, осторожен по отношению к искусителю, которым преследуется. Я молил Бога, чтобы Он показал мне воинство, окружающее и защищающее монаха, и увидел монаха, окруженного светильниками; множество Ангелов с обнаженными мечами в руках охраняли его как зеницу ока, и вот — голос с неба, говорящий: «Не допустите ему покоя, доколе праведный живет в сем мире». Увидев такое ополчение, отовсюду объемлющее монаха, я вздохнул и сказал сам себе: «О Антоний! Все это дано монаху, и при всем этом превозмогает его диавол: монах нередко падает». И пришел ко мне глас от Милосердого Господа: «Диавол никого не может ниспровергнуть. Такой власти он не имеет, потому что Я пришел, восприняв на Себя человечество, и стер в прах могущество его. Но человек сам, своим похотением и сладострастием сокрушает себя и падает». Я сказал: «Неужели каждому монаху дана такая сила?» И были показаны мне многие монахи, сподобившиеся ее. Тогда я воскликнул и сказал: «Блажен род человеческий, в особенности же иноческое воинство, имея столь милосердного, столь человеколюбивого Бога» (106, 13).

***

Авва Моисей однажды был искушаем блудным помыслом. Не имея сил сидеть в келье, он пошел и поведал об этом авве Исидору. Старец убеждал его возвратиться в свою келью, но тот не соглашался и говорил: «Не могу». Авва Исидор взял его с собою, возвел на крышу и говорит ему: «Смотри на запад». Моисей взглянул и увидел там бесчисленное множество демонов: они были в смятении и с шумом устремились на брань. Авва Исидор опять говорит ему: «Посмотри и на восток». Авва Моисей взглянул и увидел бесчисленное множество святых Ангелов, облеченных славой. Затем сказал ему авва Исидор: «Вот те, которых посылает Господь на помощь святым; а те, что на западе, воздвигают брань против нас. Но помощников наших гораздо более». Тогда авва Моисей, возблагодарив Бога, ободрился и возвратился в свою келью (97, 156).

***

Как-то один старец-отшельник заболел. Он не имел при себе никого, кто бы послужил ему, и потому вставал с одра и употреблял в пищу то, что мог найти в своей келье. Так прошло много дней, и никто за это время не посетил его. По прошествии тридцати дней Господь послал Своего Ангела для служения старцу. Так прошло еще семь дней. Тогда вспомнили о нем отцы и сказали: «Пойдем навестим старца, может быть, он болен». Они пришли и постучали в дверь, в это время Ангел отступил от больного. Старец же закричал: «Братия, уходите отсюда». Тогда братия сняли двери с петель, вошли и спросили: «Почему он кричал?» Отшельник отвечал: «Тридцать дней я томился в болезни, и никто не посетил меня. Вот уже семь дней, как прислуживает мне Ангел, посланный Господом, а когда вы пришли — он покинул меня». Сказав это, отшельник мирно отошел ко Господу. Братия удивились и прославили Бога, говоря: «Господь не оставляет уповающих на Него» (106, 496).

***

Рассказывали об авве Данииле. Когда варвары пришли в Скит и отцы убежали, старец сказал: «Если Бог не печется обо мне, зачем мне жить?» — прошел среди варваров, и они не видели его. Тогда сказал он сам себе: «Бог позаботился обо мне. Сделай же и ты, как надобно человеку, — беги, подобно отцам!» (97, 82).

***

Авва Стефан Трихина рассказывал об одном старце, жившем в лавре святого Саввы: «Однажды старец отправился в Кофилу и, пробыв немного близ Мертвого моря, возвращался обратно в свою келью. Был страшный зной, и старец сильно изнемог. И начал он молиться Богу, простирая руки к небу: «Господи, Ты видишь, что я не могу продолжать своего пути от зноя». И тотчас окружило его облако и сопутствовало ему до самой кельи, на расстоянии двенадцати миль».

Тот же авва Стефан поведал нам еще об одном старце: «Пришли к старцу в лавру родственники, чтобы повидаться с ним. Им указали его келью, и они, подойдя, постучались в дверь. Узнав своих, старец молил Бога, да не будет видим ими. И, отворив дверь, вышел из кельи, не будучи замечен. Удалившись в пустыню, он пробыл там до тех пор, пока не ушли его родственники» (102, 70).

***

Однажды Аполлоний, живший во времена Иулиана Отступника, узнал, что один из его братии взят и содержится в заключении. Тогда он с братией посетил его и, утешая, советовал сохранить твердость в несчастии и не страшиться опасностей.

«Настало время борьбы, — говорил он. — Души верных должны подвергнуться испытанию, да явится верность каждого». Такими и подобными словами он укреплял дух юноши. В это время пришел сотник и сильно разгневался на то, что они осмелились войти в темницу. Он запер тюрьму, заключив в ней Аполлония и пришедших с ним. Приставив многочисленную стражу, сотник удалился.

В полночь внезапно явился Ангел Господень, блистая лучезарным сиянием, и отверз двери темницы. Стражи были поражены ужасом. Бросившись к стопам святых, они молили их удалиться. «Лучше нам умереть за вас, — говорили они, — чем противиться Божией силе, о вас пекущейся».

Рано утром прибежал в темницу сотник вместе с другими начальниками, также моля о том, чтобы все задержанные вышли из темницы. «Дом мой обрушился от сильного сотрясения земли, и лучшие из слуг моих погибли», — говорил он.

Святые воспели песнь Богу и, удалившись в пустыню, пребыли все вместе, имея, по примеру апостолов, одну душу и одно сердце (см.: Деян. 4, 32) (99, 40—41).

***

Однажды, по зависти диавола, попущением Божиим, сарацины, приплыв на двух кораблях, захватили святого Евфимия Афонского и его учеников Иоанна Колова и Симеона и хотели было увезти с собой. Пользуясь попутным ветром, сарацины подняли паруса и пустились в обратный путь. Вдруг корабль, на котором находились преподобные, встал как вкопанный, тогда как другой, на котором были вещи и несколько книг, принадлежащих святым, продолжал плыть. Это чудо изумило варваров, и один из них, поняв причину такого явления, говорит своим товарищам: «Ужели мы, глупые, не можем понять, что это случилось с нами за сделанное насилие рабам Божиим? Если не хотим погрузиться в море, давайте скорее освободим их». Товарищи согласились с ним, и все они, упав к ногам святых, просили у них прощения, которое тут же получили. После сего корабль двинулся сам собой, и, вернувшись на остров, они дали святым полную свободу. Преподобные стали просить у них и свои вещи, необходимые им, но варвары презрели их прошение и отправились в путь. Когда же отплыли от острова на довольное расстояние, внезапно подул противный ветер и пригнал их опять к тому же острову. Изумившись этому, варвары тотчас же отдали святым все у них похищенное; только один из них, взбешенный всем происшедшим, схватил Иоанна Колова и бил его до тех пор, пока товарищи не остановили его. Тогда святой Евфимий сказал им: «Арабы! если бы освободили нас без обиды, то мирно достигли бы отечества своего, а теперь, нанеся обиду брату, вы обидели Бога и скоро узнаете, как велико это зло». Так все и вышло, по слову святого.

На обратном пути встретились они с римскими военными кораблями, которые захватили в плен тот самый корабль, на котором находился обидчик святых, а другой, сверх чаяния, спасся. Так сохранены были святые и прославился Бог; враг же диавол остался посрамленным... (95, 263—265).

***

Когда святой великомученик Стратилат был распят на кресте и, кроме ужасных страданий от этого мучения, терпел и страшные истязания, то среди них, изнемогший и духом, и телом, наконец, воскликнул: «Господи, Господи, Ты мне предрек, что Ты со мною; зачем же ныне оставил меня? Вот пришло время помощи! Помоги мне, поелику я переношу все эти страдания ради Тебя и из любви к Тебе терплю такое мучение. Укрепи меня, Господи, или возьми душу мою от меня, ибо более не могу терпеть». Сказав это, мученик умолк. Мучитель Ликиний подумал, что святой умер, и, отдав повеление оставить тело его на кресте до утра, удалился. В полночь же явился Ангел, отрешил тело святого от креста, облобызал его и сказал: «Радуйся, Феодор, воин Христов! Дерзай и укрепляйся именем Христа, истинного Бога; вот с тобою Бог. И зачем ты говорил, что Он оставил тебя? Докончи подвиг твой и придешь к Господу взять уготованный тебе венец». Сказав это, Ангел стал невидим, а святой вновь стал хвалить и благодарить Бога (112, 742).

***

Преподобномученик Макарий Новый, претерпевая муки за Христа, был связан и вниз головой опущен в сухой мрачный колодец. Один раз в день его вытаскивали оттуда, били, а потом опять туда опускали. В таком мучении доблестный воин Христов пробыл девяносто дней.

...В одну из ночей колодец внезапно осветился необычайным светом, и затем разлилось райское благоухание и послышалось ангельское пение... Мучитель-судья, узнав о чуде, велел привести к себе святого и спросил, что за свет сходил в колодец, какое слышалось в нем пение, откуда чудное ощущалось там благоухание? Святой отвечал: «Кто верует во Христа, тот не только может увидеть это, но и другое, гораздо большее сего», — и начал было приводить ему примеры от Священного Писания, которому научился он на Святой Горе. Находившиеся там магометане слушали святого со вниманием. Но мучитель, убоявшись, что они уверуют во Христа, велел вывести мученика из Бруссы в овраг и там отсечь ему голову, что и было с поспешностью исполнено (95, 62—67).

***

Когда мучили святого Константина, судья повелел бить его, и тотчас же дали ему пятьсот палочных ударов в спину и пятьсот по ногам, так что сошли все ногти с ног его, а кровью его обагрился весь пол. Но храбрый воин Христов, мужественно претерпевая боль, только взывал: «Помяни меня, Господи, во Царствии Твоем!» Нечестивцы, подумав, что он уже умер — ибо от жестокого избиения лишился чувств, — подняли его с земли и бросили, как бездушного, в темницу. В то время, когда блаженный едва живой лежал в темнице и был уже при дверях смерти, Сам Владыка Христос предстал пред ним и божественною Своей силой исцелил его раны, возвратил ему здравие и даже восстановил ногти его ног. Через три дня мучитель повелел слугам извергнуть из темницы тело мученика; но слуги, придя туда, нашли его совершенно здравым, без всякого признака прежних ран (95, 181—182).

***

Один из отцов передал следующий рассказ воина, бывшего знаменосца: «Во время войны в Африке с мавританами мы потерпели поражение от варваров и подверглись преследованию, во время которого многих из наших убили. Один из неприятелей настиг меня и уже поднял копье, чтобы поразить меня. Увидев это, я начал взывать к Богу: «Господи Боже, явившийся рабе Твоей Фекле и  избавивший ее от рук нечестивых, избавь и меня от настоящей напасти и спаси меня от злой смерти. Я удалюсь в пустыню и проведу остаток моей жизни в уединении». И, обернувшись, я уже не увидел никого из варваров. Немедленно удалился я в эту лавру Копраты. И вот, по милости Божией, прожил в этой пещере тридцать пять лет» (102, 26-27).

***

...Патриарх Римский приказал епископу города Панорма явиться в Рим. На пути туда корабль, на котором плыл епископ, выдержал страшную бурю. Во время бури один из матросов, именем Варак, находился в лодке, привязанной к кораблю. Но от сильного порыва ветра веревка порвалась, и лодка с Вараком скрылась из глаз бывших на корабле. Полуразбитый корабль, хотя и с большими трудностями, успел достигнуть безопасной пристани на острове Устика. Прошло три дня, а лодки с матросом не было видно. Епископ, любивший Варака, повелел молиться о душе его. Когда починили корабль, епископ и бывшие на нем отправились в дальнейшее плавание и, через несколько дней достигнув берегов Италии, остановились в городе Тупорте. Тут, к величайшему изумлению, они нашли целым и невредимым того матроса, о ком молились и кого считали уже погибшим. Обрадованный епископ стал расспрашивать его, как же он при такой страшной буре, пробыв на море столько дней, остался живым? Матрос рассказал, что он целые сутки — день и ночь — боролся с волнами, держась за края лодки и стараясь удержать равновесие, наконец, силы его от голода и непомерных усилий истощились, и он впал в забытье. Но тут явился ему неизвестный муж и предложил пищу. Подкрепленный ею, он снова продолжал бороться с бурей, и вскоре один из плывших мимо кораблей взял его и тем спас ему жизнь. «В какой день это с тобою случилось?» — спросил епископ. Оказалось, это был именно тот самый день, когда епископ велел совершить молитвенную службу о его душе (112, 817—818).

***

В странах сирийских был город, называвшийся Рамель, и в нем созидалась церковь во имя Святого великомученика Георгия. Церковь предполагалась огромная, и требовалось много столбов на ее утверждение. Приобрести такие столбы и доставить их на место стройки стало главной заботой христиан. В это время одна жена, имевшая великую любовь к великомученику, купила на свои средства один столб, но не знала, как его доставить на место. Она привезла его к морскому берегу и стала умолять привезшего другие столбы, чтобы он переправил по морю и ее столб. Однако человек тот отказал ей, положил в корабль только свои столбы и с ними отплыл. Женщина, от скорби упав на землю, горько плакала и горячо молила великомученика, чтобы он помог доставить и ее столб к месту построения церкви. И великомученик услышал ее молитву. В сонном видении она узрела его в воинских доспехах. «О чем ты скорбишь, жена, и какая причина твоей печали?» — спросил он. Она отвечала, что желала бы помочь строительству храма, но не может. Святой, сойдя с коня, сказал: «Где бы ты хотела поставить столб твой?» Женщина ответила: «По правую сторону храма». Святой перстом написал на столбе, что он должен быть поставлен при втором столбе по правую сторону храма. Потом сказал ей: «Теперь ты сама помоги мне». И вместе с женщиной бросили столб в море. Этим сон закончился. На другой день столб оказался близ строящейся церкви, в том месте, где и указал святой. Царь и народ, видя такое чудо, ужаснулись и прославили Бога. Они поставили столб по правую сторону храма, как и было написано перстом великомученика (112, 639—640).

***

Инок Киево-Печерского монастыря, именем Никон, был взят половцами в плен и содержался в оковах. Три года каждый день с бранью вязали его, бросали в огонь, резали ножами, заковывали руки и ноги, ставили жечься на солнце, морили голодом и жаждой, так что он иногда день, иногда два и три оставался без всякой пищи. И за все это он благодарил Бога и молился Ему. Зимой же выбрасывали его на снег и на мороз. Все это делали окаянные половцы, желая получить с него хороший выкуп. Он же сказал им: «Христос избавит меня от рук ваших; я уже получил извещение об этом: явился мне брат мой Евстратий, которого вы продали жидам на распятие. Осудятся они со сказавшими: возьми, возьми распни Его (Ин. 19, 15); кровь Его на нас и на детях наших (Мф. 27, 25). Вы же вечно будете мучиться с Иудою, как предатели, нечестивые беззаконники. И вот что сказал мне святой Евстратий: «На третий день ты будешь в монастыре, ради молитв святых Антония и Феодосия и других черноризцев, спасшихся с ними». Половчанин подумал, что блаженный хочет бежать, и обрезал ему икры, чтобы он не смог ходить. И строго стерегли его... Вдруг в шестом часу он сделался невидим, и всем слышен был голос: «Хвалите Господа с небес!»

Так преподобный был невидимо перенесен в Печерскую церковь Пресвятой Богородицы в то время, когда начали петь причастен. И стеклась к нему вся братия и спрашивали его: «Как же пришел ты сюда?» Он сперва хотел утаить преславное то чудо; но братия, видя на нем железа тяжкие и раны неисцелимые, видя, что все тело его сгноилось от ран, и сам он в оковах, и кровь еще каплет с перерезанных икр, не поверили ему, и он поведал им истину. И не давал снять железа с рук и ног своих. Игумен же сказал: «Брат! Если бы хотел Господь в нужде тебя иметь, не вывел бы Он тебя оттуда. Покажи же теперь послушание воли нашей». И, сняв с него железо, перековали их на вещи, нужные для алтаря.

Спустя долгое время половчанин, державший в плену блаженного, пришел в Киев для переговоров о мире. Он вошел в монастырь Печерский и увидел этого старца. Рассказав о нем игумену и всей братии, он уже не вернулся в свой дом, но вместе со своим родом принял крещение и сделался иноком. Здесь, в монастыре, окончили они жизнь свою в покаянии, служа своему пленнику (100, 33-35).

***

Один христолюбец заказал блаженному Алипию написать икону к празднику Успения Божией Матери. Через несколько дней Алипий разболелся, икона же не была еще закончена. Боголюбец начал докучать ему, но блаженный сказал: «Сын мой, не приходи ко мне, не докучай мне, положись в своей печали на Господа, и Он сделает, как Ему угодно. Икона твоя в праздник станет на своем месте». Этот человек поверил слову блаженного и в радости отошел в дом свой. Накануне Успения пришел он, чтобы взять икону. Видя же, что она не написана, а блаженный Алипий сильно болен, он стал укорять его, говоря: «Зачем ты не дал мне знать о своей немощи? Я дал бы другому писать икону, чтобы праздник был светел и честен. А теперь, удержав икону, ты посрамил меня». Блаженный же кротко отвечал ему: «Сын мой! Разве я по лености сделал это? Да неужели же Богу невозможно написать словом икону Своей Матери? Я, как открыл мне Господь, отхожу из этого мира, и Бог всячески утешит тебя». И с печалью ушел от него христолюбец. После его ухода явился светлый юноша и, взяв краски, начал писать икону. Алипий подумал, что владелец ее разгневался на него и прислал другого иконописца. Сначала пришедший был как человек, но скорость дела показала в нем бесплотного. То он выкладывал икону золотом, то растирал на камне краски и ими писал. В три часа окончил он икону и сказал: «Отче! не нужно ли еще что-нибудь сделать и не ошибся ли я в чем?» Преподобный сказал: «Ты хорошо сделал. Бог помог тебе так искусно написать эту икону. Он Сам через тебя сделал ее». Настал вечер, и юноша стал невидим вместе с иконой. Владелец же иконы всю ночь провел без сна от печали, что на праздник не будет иконы, называл себя грешным и недостойным такой благодати. Он встал и пошел в церковь, чтобы там оплакать свои согрешения. И, отворив двери церкви, вдруг увидел икону, сияющую на своем месте, и упал от страха, думая, что это какое-то привидение явилось ему. Но, оправившись немного от испуга, он понял, что это действительно была икона. В великом ужасе и трепете вспомнил он слова преподобного и пошел разбудить своих домашних. Они же с радостью пошли в церковь со свечами и, видя икону, сияющую светлее солнца, пали ниц и поклонились ей (100, 149—151).

***

В тот год зима была продолжительная и суровая; припасы, заготовленные летом, истощились. Преподобный Зосима недоумевал, чем ему прокормиться до лета; время от времени смущала его мысль: придется умереть голодной смертью. Преподобный Зосима не поддавался унынию и утешался упованием на Промысл Божий, столько раз уже благодеявший ему. Скоро Господь помог Своему подвижнику. К Зосиме пришли два незнакомца и вручили ему запас хлеба, муки и масла, говоря: «Возьми, отец, и употребляй, а мы, если Господь повелит, придем к тебе». Преподобный в изумлении не спросил, откуда они, а незнакомцы ушли и более не возвращались. Ясно было, что это посещение Божие и что Промысл Божий хранил Своего избранника (113, 26).

***

Преподобный Иринарх не раз помогал жителям сурового Севера в их борьбе с природой. Такую помощь получили от него в 1629 году жители Двинской страны, промышлявшие в море. Сильным ветром занесло суда их в море, где они и плавали во льдах много дней. Бедствующие усердно молились Богу об избавлении от погибели. Когда настала ночь, одному из кормчих явился во сне старец в священническом облачении, украшенный длинной седой бородой, с крестом в руке. «Встаньте, — сказал он, — молитесь Богу, призывайте на помощь Соловецких чудотворцев, и Господь вскоре окажет вам милость». После этого он осенил всех крестом и на вопрос: «Кто он и откуда?» — отвечал: «Я игумен Соловецкого монастыря Иринарх». Кормчий, проснувшись и осмотревшись вокруг, никого не увидел. В ту же ночь преподобный явился и на другом судне, повелел не унывать, но уповать на милость Божию, назвался Иринархом и своим посохом указал путь к Анзерскому острову. Это видение укрепило ослабевших промышленников. Вскоре ветер, переменив направление, понес одно судно к берегу, где охотники нашли на льду множество морских зверей, и вернулись домой с богатой добычей; а другое судно пристало к Анзерскому острову, и плывшие на нем, хотя и без добычи, возвратились домой, сохранив свою жизнь.

Подобным образом жители Варзуги весной плавали в море для добычи морских зверей, но ничего не поймав, возвращались домой. Встретив большую льдину, они вытащили на нее свои суда и спокойно легли спать. Во сне одному из них явился старец и сказал: «Вставайте, Бог даст вам добычу». Промышленник, проснувшись, увидел близ судна старца, который на вопрос: «Кто он?» — назвал себя соловецким игуменом Иринархом и стал невидим. Товарищи, разбуженные им, выскочили из судов своих и нашли на льду чрезвычайное множество морских зверей... Изловив их, они возвратились домой, прославляя угодника Божия. Жители Сумского острога, промышляя в море на пятнадцати судах, пристали у Анзерского острова к льдине. Втащив на нее свои суда, они легли спать. Оставленный ими сторож, задремав, вдруг услышал голос: «Зачем спишь? Вставайте и затащите суда свои подальше на лед». Проснувшись, он увидел перед собой высокого роста старца. Назвав себя соловецким игуменом Иринархом, тот стал невидим. Но сон одолевал сторожа. Опять явился ему старец и вскричал: «Вставайте! Ваши суда может повредить лед». Между тем на море поднялась великая буря. Тогда сторож поспешил разбудить товарищей, которые едва успели оттащить свои суда дальше на лед; некоторые снасти были уже унесены волнами (113, 83—85).

***

...Однажды враг положил на сердце некоторым береговым жителям ограбить подвижника Елеазара, внушив им мысль, будто у него большие богатства. Эти люди приплыли к острову и приблизились к бедной келье старца. Предугадывая их намерение, преподобный обратился к Богу с молитвой о помощи. Жители, не успев ничего сделать, как бы обезумев, стали бессмысленно кружиться около кельи. Сжалившись над ними, преподобный Елеазар вышел и спросил: «Зачем, дети, вы пришли и чего хотите?» Но несчастные, не отвечая, продолжали кружиться. Тогда подвижник молил Бога о разрешении пришельцев от невидимых уз, и молитва его была услышана; очнувшись, жители пришли в себя и с раскаянием просили у старца прощения. Преподобный простил их и, наставив никогда не желать чужой собственности, отпустил домой (113, 90).

***

В одно время анзерскому строителю Исаии, мужу добродетельному, нужно было отправиться в Соловецкий монастырь. Хотя и было время зимнее, но пролив, разделяющий острова Соловецкий и Анзерский, был свободен от льдин. Строитель поплыл на небольшой лодке с одним из братии. На обратном пути они были застигнуты льдами. Окружив лодку, ледовый массив понес ее в открытое море. Путники в ужасе выскочили из лодки на льдины и направились поспешно к берегу. Между тем Исаия оступился и едва не погиб: ему явился преподобный Елеазар и спас его от смерти. До анзерского берега, куда путники пробирались, было еще неблизко, а движущийся лед уносил их в противоположную сторону. К несчастью, наступила ночь. В изнеможении путники обратились ко Господу с усердной молитвой об избавлении от опасности и стали призывать на помощь преподобного Елеазара. И вот при тусклом свете луны они увидели, что на другом конце льдины стоит преподобный Елеазар и направляет ее к анзерскому берегу. Обрадованные иноки хотели приблизиться к святому и поклониться ему, но он стал невидим. Между тем льдина очутилась у самого берега Анзерского острова, и путники вышли на берег благополучно (113, 100).

***

Мирно и покойно текла жизнь старца Наума в монастыре на пустынном острове. Но вскоре постигло его искушение, которое, впрочем, послужило к его славе. При новом настоятеле было усмотрено, что Наум проживает в монастыре, не имея увольнительного свидетельства от своего сельского общества; решено было выслать его на место жительства. В уповании на Промысл Божий, без малейшего прекословия, Наум покорился своей участи; посадили его в баркас и отправили с попутчиками-поморцами. Противный ветер принудил плавателей остановиться у Заяцкого острова. Проходит день, другой, неделя; ветер не сменяется; еще неделя — ветер тот же. Смущенные корабельщики признали причиной такого неблагополучия присутствие с ними Наума и решили отвезти его обратно в монастырь. Таким образом, он опять возвратился на Соловецкий остров, а поморцы с переменившимся ветром отправились домой. Такое событие, удивив всех, послужило явным знаком покровительства Божия изгнаннику, который и был отпущен опять в свой скит (113, 157—158).

***

Когда распространилась молва, что архимандрит Кирилл Белозерский, пришедший из Москвы, устраивает в пустыне монастырь, то живший по соседству боярин Феодор подумал, что архимандрит принес с собой много денег, и послал своих слуг ограбить его. Две ночи сряду подходили они к обители и видели вокруг нее ратных людей. Феодор решил, что пришел кто-нибудь из московских вельмож к преподобному Кириллу, и послал узнать, кто это. Ему отвечали, что более недели как никого из посторонних не было в обители. Тогда Феодор пришел в чувство и, поспешив в обитель, со слезами исповедал преподобному Кириллу грех свой. Преподобный сказал ему: «Будь уверен, сын мой Феодор, что ничего нет у меня, кроме одежды, которую видишь на мне, и нескольких книг». Боярин с того времени стал благоговейно уважать преподобного Кирилла и каждый раз, приходя к нему, приносил рыбы или что-нибудь другое (115, 303—304).

***

Вскоре после кончины преподобного Макария поселились в том месте любители пустынной жизни, воздвигли над гробом его храм и завели монашеское общежитие. В 1522 году толпы татар окружили Унжу и трое суток осаждали слабый город, но, устрашаемые видением грозного черноризца, не могли взять его. На четвертый день они бросили огонь в город, и тот загорелся. Народ в ужасе повторял одно: «Святый Макарий, помоги нам!» И неожиданно пошел дождь, пожар был потушен, а татары в ужасе бросились бежать из города. Достойные видели в это время преподобного на облаках, заливающего пожар. Пленные татары говорили, что им виделся старец на коне, в иноческой одежде, вторгнувшийся в их полки и метавший в них стрелы. В это же время другой отряд татар из трехсот человек хозяйничал в Макариевой пустыни; враги хотели осквернить раку, обитую серебром, но внезапно ослепли. Это навело ужас на всех; они бросились бежать, и многие утонули в озере Унже (115, 351—352).

 

Система Orphus Заметили ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter


<<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>>