<<<   БИБЛИОТЕКА   >>>


Сокровищница духовной мудрости

ПОИСК ФОРУМ

 

Сотериология

Спасение ближних

Невозможно спастись иначе, как только через ближнего, как и заповедал <Господь>: отпустите, и отпустится вам (см.: Лк. 6, 38) (прп. Макарий Египетский, 67, 258).

***

...И сам я не верю, чтобы можно было спастись тому, кто ничего не делает для спасения ближнего (свт. Иоанн Златоуст, 44, 477).

***

К нашему спасению послужит и то, когда мы не о себе только будем заботиться, но и станем приносить пользу ближнему и руководить его на путь истины (свт. Иоанн Златоуст, 47, 19).

***

Кто показал начало доброго пути, тот становится виновником и того, что другие делают (по его примеру), и потому получает двойную награду, — и за то, что сам делает, и за то, что других привел к лучшему образу мыслей (свт. Иоанн Златоуст, 47, 597).

***

...Мы должны заботиться не только о своем спасении (но и о спасении ближних); иначе и сами не получим спасения. Воин, который во время сражения старается только о том, чтобы спасти себя самого бегством, вместе с собою губит и других; напротив, мужественный, сражаясь для защиты других, вместе с другими спасает и самого себя. А так как и наша жизнь есть также война, и притом жесточайшая из всех войн, — время сражения и битвы, — то будем вступать в сражение так, как повелел Царь наш <Иисус Христос>, с готовностию поражать, убивать и проливать кровь врагов наших, заботясь о спасении всех, укрепляя стоящих и поднимая падших. Многие из собратий наших в этом сражении лежат в ранах, истекают кровью, и нет человека, который бы помог им; ни народ, ни священники, ни другой кто, ни покровитель, ни друг, ни брат не заботятся о них, но каждый печется только о себе самом. Через это-то мы и унижаем достоинство своих подвигов, потому что величайшее дерзновение (к Богу) и похвала принадлежит тому, кто печется не о своей пользе. Оттого-то мы бываем слабы и удобно побеждаемся как от людей, так и от диавола, что ищем только своего и не укрепляем друг друга, не ограждаем любовию о Боге (свт. Иоанн Златоуст, 50, 613).

***

Бога же ничто столько не раздражает, как небрежение о спасении ближних (свт. Иоанн Златоуст, 50, 781).

***

Тебе не нужно для своего спасения предпринимать дальний путь, переплывать море и переходить горы, напротив, если ты не желаешь даже переступить и порог, то можешь спастись и сидя дома, потому что средство ко спасению у тебя на устах и в сердце (свт. Иоанн Златоуст, 52, 712).

***

Невозможно спастись иначе; если ты упражняешься даже в высшем любомудрии, но не заботишься о других, погибающих, то не будешь иметь никакого дерзновения перед Богом (свт. Иоанн Златоуст, 53, 250).

***

...Кто обрел спасение по благоутробию и милости Божией, тот собственною своею милостью и благоусердием к братиям сохранит сие спасение в себе самом... (прп. Симеон Новый Богослов, 76, 166).

***

Брат спросил старца: «Какое бы мне делать доброе дело, чтобы угодить Богу?» Старец отвечал: «Бог знает, что добро. Я слышал, некто из отцов спросил великого авву Нистероя, друга аввы Антония: какое бы доброе дело ему делать? Авва отвечал ему: «Не все ли дела равны? Писание говорит: «Авраам был страннолюбив, и Бог был с ним; Илия любил безмолвие, и Бог был с ним; Давид был кроток, и Бог был с ним». Итак, смотри: чего желает по Богу душа твоя, то и делай, и блюди сердце свое» (97, 177).

***

«Келья — та же пустыня», — говорил соловецкий старец Наум сетующим о пустынном безмолвии. В самом деле, живя в многолюдстве, он, кроме своей кельи, не бывал ни в одной братской келье. Любя одинаково всех, не питал ни к кому особого пристрастия и, постоянно погруженный в заботу о своем спасении, ко всему казался равнодушным. При таком настроении, действительно, и среди людей можно быть как в пустыне (113, 162).

***

Ученик некоего святого старца был борим духом любодеяния, но при помощи благодати Божией мужественно противостоял скверным и нечистым помышлениям своего сердца, очень прилежно исполняя пост, молитву и рукоделие. Блаженный старец, видя его усиленный подвиг, сказал: «Если хочешь, сын, я помолюсь Господу, чтобы Он отъял у тебя брань». Ученик отвечал: «Отец! Я вижу и чувствую в себе благой плод. По причине этой брани я пощусь больше и больше упражняюсь в бдениях и молитвах. Но прошу тебя, моли милосердного Господа, чтобы дал мне силу выдерживать брань и подвизаться законно». Тогда святой старец сказал ему: «Теперь я узнал, что ты правильно понял: этой невидимой бранью с духами при посредстве терпения совершается вечное спасение твоей души» (106, 424).

***

Прасковья Дмитриевна Ильинская, по ее словам, от природы имела слабые легкие. После замужества ее здоровье расстроилось настолько, что от горлового кровотечения она сделалась совершенно неспособной к труду. Врачи посоветовали ей поехать в Крым на лечение, но, не имея средств, она не могла воспользоваться рекомендацией врачей. Когда это стало известно ее воспитательнице Морозовой, она все расходы взяла на себя, и больная уже через неделю была в крымском санатории. Главный врач, осмотрев ее, сказал, что здоровье ее очень плохое и что она проживет не больше недели. «В ту же самую ночь, — рассказывает больная, — вижу сон. Будто бы я нахожусь в своей квартире, в Москве. И вдруг простенок между окнами исчез, открылось бесконечное пространство, наполненное неописуемым светом. В этом свете я увидела в воздухе Иверскую икону Божией Матери, которая до этого висела в простенке. Перед святой иконой появилось много страждущих людей. И все они просили милости и предстательства Божией Матери. И я тоже осмелилась приблизиться к Царице Небесной. Вдруг слышу Ее голос: «Что тебе, раба Моя?» «Матерь Божия, — восклицаю я, — прошу себе милости Твоей и здоровья телесного, а детям — Твоего премилосердного благословения на спасение их душ». Матерь Божия сказала: «Да будет тебе по вере твоей», — и стала невидима. Когда я проснулась и начался обход, ко мне подошел профессор. Прослушав меня, он выразил необыкновенное удивление и закончил тем, что объявил меня совершенно здоровой. Через три дня меня выписали из санатория, и я, неожиданно для мужа и родных, вернулась домой совершенно здоровой». Таковы дивные дела милосердия Божией Матери, бываемые по нашей вере (114, 108—109).

***

Рассказывали об авве Пафнутии. Он не любил вина. Однажды в дороге, встретившись с шайкой разбойников, увидел он, что разбойники пьют вино. Атаман разбойников знал старца, знал также, что он не пьет вина. Но, видя Пафнутия в великом утомлении, наполнил чашу вином и, взяв в руку меч, сказал старцу: «Если не выпьешь, убью тебя». Старец, поняв, что разбойник хочет исполнить заповедь Божию, и желая обратить его на путь спасения, принял чашу и выпил. Тогда атаман раскаялся перед старцем и говорит: «Прости мне, авва! Оскорбил я тебя». Старец ответил: «Уповаю, что Бог за эту чашу сотворит с тобой милость и в этом веке, и в будущем». «И я надеюсь на Бога, — сказал атаман, — и с этого времени никому не сделаю зла». Таким образом, старец, отказавшись от своей воли для Господа, обратил на путь спасения всю шайку разбойников (97, 235).

***

Некто из богатых киевлян заболел проказой. Он долго лечился у волхвов и врачей и искал у иноверных людей помощи, но не получил ее, а болезнь только усилилась. Один из его друзей отправил больного в Печерский монастырь, чтобы он упросил некоторых из отцов помолиться о нем. Когда привели больного в монастырь, игумен велел напоить его из колодца святого Феодосия и помочить ему голову и лицо. И вдруг за свое неверие он вскипел гноем так, что все покинули его из-за смрада, который исходил от него. Плача и сетуя, он возвратился в свой дом и из-за смрада много дней не выходил из дома. Он говорил своим друзьям: «Стыд покрывает мое лицо. Чужим стал я для братьев, потому что без веры пришел к святым Антонию и Феодосию». И всякий день он ожидал смерти. Наконец он пришел в себя, размыслил о своем согрешении и, придя к преподобному Алипию, покаялся. Блаженный же сказал: «Сын мой! Ты хорошо сделал, что исповедал Богу свои грехи перед моим недостоинством. Пророк Давид говорит: я сказал: исповедаю Господу преступления мои, и Ты снял с меня вину греха моего (Пс. 31, 5)». И поучив его о спасении души, преподобный взял сосуд с красками, которыми писал иконы, намазал этими красками лицо больного, покрыл и гнойные струпья и тем возвратил ему прежнее благообразие. Потом он привел его в Печерскую церковь, дал ему причаститься Святых Тайн и велел умыться водой, которой умываются священники. И тотчас с прокаженного спали струпья и он исцелел... Преподобный Алипий, указывая на исцеленного, сказал бывшим тут братиям: «Никакой слуга не может служить двум господам. Вот он прежде служил врагу грехом чарования, а потом пришел к Богу; прежде отчаивался в своем спасении, и проказа сильнее напала на него за его неверие. Господь сказал: просите, и получите, чтобы радость ваша была совершенна (Ин. 16, 24), — и не просто просите, но с верою просите и приимете. Когда же он покаялся Богу, поставив меня свидетелем; Он же, скорый на милость, сжалился над ним и исцелил его» (100, 144—146).

***

«Тринадцать лет жила моя мать с отцом, — рассказывает блаженный Феодорит, епископ Кирский, — но не была матерью: она была бесплодная. От природы была лишена способности приносить плод. Сама она, будучи воспитана в благочестии, не слишком скорбела о своем неплодстве, видя в этом волю Божию. Но отца бесчадие ее очень огорчало, и он, ходя по святым местам, умолял святых мужей, чтобы они испросили ему от Бога детей. Все прочие обещали молиться, но, однако, убеждали его покориться воле Божией. Только один Божий человек по имени Македоний решительно согласился молиться и ясно обещал отцу, что он получит сына от Творца всяческих. Когда прошли три года, а обещание не исполнялось, отец снова пришел к нему и спросил о том же. Македоний приказал прислать к себе супругу. Когда она пришла, Божий человек сказал, что он будет молить Бога и она получит дитя, только это дитя должно быть отдано Даровавшему его. Женщина отвечала, что она ищет только спасения души. Блаженный сказал на это: «Щедродаровитый подаст тебе избавление от геенны и сверх того даст сына, потому что искренно молящимся подается по их прошениям вдвое». Мать возвратилась от него с благословенным  обетованием. Спустя четыре года она зачала и сходила к Божиему человеку сказать, что благословение его приносит плод. В пятый месяц ей угрожала опасность преждевременных родов, и, не имея возможности из-за болезни пойти самой, она послала к авве Македонию сказать, что не надеется быть матерью, и велела напомнить ему о его обетованиях. Он, издали увидев идущего, узнал его, предузнал и причину, по которой тот шел к нему: Господь ночью открыл ему о болезни моей матери и о ее спасении. Взяв жезл, Македоний пошел, опираясь на него. Придя в наш дом, он приветствовал ее, по своему обыкновению, и сказал: «Не унывай и не бойся. Давший не отнимет дара, если ты не нарушишь положенных условий. Ты обещала возвратить дар и посвятить его на служение Богу». «С этой мыслью, — отвечала мать, — я и желаю, и прошу у Бога милости — сделаться матерью. Иначе я преждевременные роды считаю лучше, чем чуждое духа веры воспитание сына». «Пей же, — сказал Божий человек, — эту воду, и ты ощутишь вышнюю помощь». Она выпила, как было приказано, и опасность преждевременных родов миновала» (117, 156-157).

***

Некий брат, значительно преуспевший в смирении, проводил уединенную жизнь в Египте. У него была в городе сестра-блудница, погубившая многие души. Старцы часто уговаривали этого брата и едва могли уговорить его, чтобы он сходил к сестре, дабы увещаниями отвратить ее от греховной пагубы. Когда он приближался к ее дому, один из знакомых, увидев его, поспешил войти к ней и известил о пришествии брата из пустыни. Услышав это, она, вне себя от радости, оставила своих любовников, которых в  то время угощала, с открытой головой выбежала навстречу брату. Когда она увидела его и хотела заключить в свои объятия, он сказал ей: «Сестра моя любезнейшая! Пощади свою душу, потому что многие погибают через тебя. Рассуди, какие муки уготованы тебе, если не прибегнешь немедленно к покаянию». Она содрогнулась и спросила его: «А ты уверен, что еще есть для меня какая-нибудь надежда спасения?» Он отвечал: «Если бы ты только пожелала, то и сейчас есть надежда спасения». Она упала к ногам брата и попросила его, чтобы он увел ее с собой в пустыню. «Пойди, — сказал он, — покрой голову и следуй за мной». «Пойдем скорее! — отвечала она. — Лучше мне пройти в толпе людей безобразной и с открытой головой, чем возвращаться в работный дом греха». Во время пути брат поучал ее покаянию. Увидя идущих навстречу монахов, он сказал ей: «Сойди с дороги, пока монахи пройдут, не все же знают, что ты мне сестра». Она сделала так. Монахи прошли, и он позвал сестру: «Пойдем, продолжим путь наш». Она не отвечала ему. Брат осторожно подошел и увидел ее умершей, ноги ее были все в крови, потому что она была без обуви. Тогда, плача и рыдая, возвестил он старцам о случившемся. Они рассуждали между собой о спасении и были несогласны. Но Бог открыл одному из старцев, что покаяние блудницы принято, потому что она отвергла всякое попечение о всем принадлежащем миру сему, пренебрегла всем для исцеления своей язвы, тяжко воздыхая о своих грехах и оплакивая их (106, 471—472).

***

Авва Серапион продал себя в рабство комедиантам-язычникам за двадцать монет и, запечатав эти монеты, хранил при себе. До тех пор он оставался у них, не вкушая ничего, кроме хлеба и воды, и непрестанно проповедуя Слово Божие, пока не сделал комедиантов христианами и не убедил их оставить театр. Пробыв, таким образом, у них долгое время, блаженный сперва обратил ко Христу самого комедианта, потом его жену и, наконец, все их семейство. Говорили, что, пока его не знали, он им обоим умывал ноги. Приняв Крещение, оба отстали от театра, начали жить благочестиво и весьма почитали Серапиона. Они говорили ему: «Теперь, брат, мы отпустим тебя на волю, поскольку ты сам освободил нас от постыдного рабства». Тогда великий Серапион отвечал им: «Поскольку Бог мой устроил, а вы содействовали, чтобы ваши души были через меня спасены, то я скажу вам всю тайну этого дела. Сжалившись над вашими душами, которые были в великом заблуждении, я, свободный подвижник, родом египтянин, ради вашего спасения продался вам, чтобы вы освободились от великих грехов. И теперь я радуюсь, что Бог совершил это через мое смирение. Возьмите же свое золото, я оставляю вас и пойду помогать другим». Они настоятельно просили его остаться и говорили: «Мы будем всегда почитать тебя отцом и владыкой наших душ, только останься с нами». Но не могли убедить его и сказали: «Отдай бедным это золото, оно было залогом нашего спасения». Серапион отвечал им: «Отдайте его вы, ибо оно ваше, а я не раздаю нищим чужих денег». После того они просили, чтобы он, по крайней мере, через год навестил их (101, 211-212).

***

Один труженик был внимателен к себе, но он немного ослабил свой подвиг. В тот же момент, осознав все, он сказал: «Душа! Доколе ты будешь нерадеть о своем  спасении? Неужели не боишься суда Божия? Не объята ли ты беспечностью? Не предана ли вечным мучениям?» Говоря это самому себе, он подвигся на дело Божие. Когда он творил молитвословие, пришли демоны и возмущали его. Он же говорил им: «Почему вы беспокоите меня, неужели недовольны моим прошлым нерадением?» Демоны отвечали: «Когда ты был в беспечности, и мы были беспечны к тебе; когда ты опять восстал против нас, и мы восстали против тебя». Услышав это, он еще более подвиг себя на дело Божие и преуспевал благодатью Божией (98, 278).

***

«Однажды, — рассказывал инок Афанасий, — мне пришла мысль: что же ожидает в будущей жизни трудящихся здесь ради своего спасения? С этой мыслью я почувствовал себя как бы в восторге, и некто пришел ко мне и, сказав: «Ступай за мной», — привел меня в какое-то исполненное света место и поставил при столь чудных дверях, что красоту их передать невозможно. И слышал я, что множество людей за дверьми непрестанно славят Бога. Подлинно, братья, чудная, неизглаголанная жизнь в Царствии Небесном! Праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их (Мф. 13, 43); там для них... мир и радость во Святом Духе (Рим. 14, 17). И рабы Его будут служить Ему. И узрят лице Его... И ночи не будет там, и не будут иметь нужды ни в светильнике, ни в свете солнечном, ибо Господь Бог освещает их (Откр. 22, 3—5). Там, наконец, такие блага и такие радости, о которых мы и помыслить не можем: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор. 2, 9). Когда мы стали стучать в двери, с целью войти в них, изнутри некто спросил нас: «Чего вы хотите?» Путеводитель отвечал: «Мы хотим пройти через двери». Голос же внутри сказал: «Никто, пребывающий в лености, не входит сюда, но если хотите войти, ступайте назад и подвизайтесь, нисколько не помышляя о благах суетного мира» (112, 24—25).

 

Система Orphus Заметили ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter


<<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>>