<<<   БИБЛИОТЕКА   >>>


Сокровищница духовной мудрости

ПОИСК ФОРУМ

 

Трезвение

Тщательно рассматривай самого себя, испытывай свои чувства, чтобы знать, которые из них приносят плод Богу и которые покоряются греху (прп. авва Исаия, 60, 169).

***

Осторожно внимай себе, чтобы отнюдь тебе ничего не принимать, не уверясь, что это, как приобретенное правдою, даруется тебе от Бога (прп. авва Исаия, 60, 187).

***

Насколько бдительно внемлешь уму, настолько с теплым желанием будешь молиться Иисусу; и опять, насколько небрежно надзираешь за умом, настолько отдалишься и от Иисуса. И как первое сильно освещает воздух ума, так последнее — уклонение от трезвения и сладостного призывания Иисуса — обыкновенно совсем омрачает его (свт. Василий Великий, 6, 185).

***

Зная опасность коснения, всегда должно трезвиться и быть готовым к тщательному совершению дела Божия (свт. Василий Великий, 7, 328).

***

Внемли себе (Втор. 15, 9), т.е. осмотри себя со всех сторон; для охранения себя содержи неусыпным душевное око (свт. Василий Великий, 8, 33).

***

...Подвижник — внемли себе (Втор. 15, 9), чтобы не преступить какого-либо из подвижнических законов, ибо никто не венчается, аще не законно мучен будет (2 Тим. 2, 5)... И сам, как добрый боец, имей неразвлеченный взор души; те места, в которые удар смертелен, защищай, закрывая руками, не своди глаз с противника... (свт. Василий Великий, 8, 36).

***

Внемли себе: будь трезвен, рассудителен, храни настоящее, промышляй о будущем (свт. Василий Великий, 8, 36).

***

...Внемли себе, <т. е> не предполагай несуществующего, но располагай настоящим к пользе своей (свт. Василий Великий, 8, 37).

***

...Перестань со тщанием наблюдать пороки в другом, не давай времени помыслам испытывать чужие немощи, но себе внемли, т. е. обрати душевное око на собственное исследование себя самого (свт. Василий Великий, 8, 38).

***

Загляни в гробы; возможешь ли различить, кто слуга и кто господин, кто бедный и кто богатый? Отличи... узника от царя, крепкого от немощного, благообразного от безобразного. Поэтому, помня свою природу, никогда не превознесешься. Будешь же помнить себя, если внемлешь себе (свт. Василий Великий, 8, 39).

***

Если внемлешь себе, то усмиришь гнев, как упрямого и не терпящего узды молодого коня, поражая его, как бичом, ударом сего слова <внемли себе>; удержишь и язык, не возложишь и рук на огорчившего (свт. Василий Великий, 8, 40-41).

***

Если внемлешь себе и вспомнишь, что это, в настоящем для тебя сладостное, будет иметь горький конец, это ныне от удовольствия происходящее в нашем теле щекотание породит ядовитого червя, который будет бесконечно мучить нас в геенне, и что это разжжение плоти будет матерью вечного огня: <если будешь помнить это>, то удовольствия тотчас исчезнут, обратившись в бегство, и в душе произойдет какая-то чудная внутренняя тишина и безмолвие... (свт. Василий Великий, 8, 41).

***

Трезвись во время юности своей... чтобы оказаться тебе достойным похвалы при кончине своей (прп. Ефрем Сирин, 31, 217).

***

...Будем трезвиться, пока есть время, будем целомудренны, пока мы на свободе, чтобы не пришел этот ужасный и мучительный час... (прп. Ефрем Сирин, 31, 229).

***

...Не будьте нерадивы и не расслабевайтесь, ибо много нужно труда, чтобы обуздывать юность и телесные стремления (прп. Ефрем Сирин, 31, 230).

***

Трезвись ежечасно, потому что в час, в который не ждешь, пошлет Господь за тобой, чтобы взять тебя в житницу жизни, в сонм праведных и чтобы, наконец, упокоился и не имел ты попечений гам, где нет ни брани, ни противника (прп. Ефрем Сирин, 31, 347).

***

...Стой как цветоносное дерево, охраняя плоды добродетелей своих, чтобы не подкрался червь гордыни и не подточил в тебе плода смиренномудрия... (прп. Ефрем Сирин, 31, 373).

***

Блаженны трезвящиеся всегда по Богу, потому что в день Суда будут защищены Богом и, став сынами Брачного Чертога, в радован и и и веселии увидят Жениха (прп. Ефрем Сирин, 31, 531).

***

Соблюдай себя от вольности, чтобы тебе не поработиться многословию и бесстыдству, не соделаться радованием бесов (прп. Ефрем Сирин, 32, 153).

***

Блажен, кто, от всего отрешившись, внимает себе и дни свои проводит к слезах! (прп. Ефрем Сирин, 34, 200).

***

...Будь внимательна к себе, взирай на беззакония свои, слезами веждей своих омывай нечистоту грехов своих и помни, что есть Бог (прп. Ефрем Сирин, 34, 294).

***

Сему учись, ученик: будь осторожен в словах, произносимых устами твоими; возлюби доброе, чтобы душа твоя насытилась блаженством (прп. Ефрем Сирин, 34, 357).

***

...Во всем потребна трезвенность, чтобы и те блага, какие, по-видимому, имеем, не обратились нам во вред (прп. Макарий Египетский, 68, 144).

***

Если ты будешь внимателен и осмотрителен, то и в постороннем найдешь нечто полезное, а если будешь нерадив и беспечен, то и от Божественных Писаний не будет тебе никакой пользы (свт. Иоанн Златоуст, 47, 59).

***

Невнимательные и нерадивые слушатели отнимают охоту и у того, кто мог бы говорить... (свт. Иоанн Златоуст, 48, 29).

***

Мы не должны... тратить время напрасно и без цели, но каждый день и час иметь перед глазами Суд Господень и то, что может или доставить нам великое дерзновение, или навлечь наказание (свт. Иоанн Златоуст, 48, 31).

***

Христианину всегда следует воевать со страстями плоти, живо помнить заповеди, данные нам общим всех Владыкою, или ограждаться и надлежащим образом пользоваться Его великим долготерпением к нам, не ожидать того, что совершится самим делом, и тогда уже смиряться, дабы и о нас не было сказано: егда убиваше я, тогда взыскаху Его (Пс. 77, 34) (свт. Иоанн Златоуст, 48, 72).

***

Пусть ни зависть, ни ненависть, ни любовь плотская, ни мирское славолюбие и властолюбие, ни чревоугодие, ни другая какая нечистая страсть не обладает душевными нашими стремлениями (свт. Иоанн Златоуст, 48, 176).

***

Всегда нужно трезвиться и бодрствовать и никогда не считать себя в безопасности, потому что не назначено время, когда враг и противник нападет на нас (свт. Иоанн Златоуст, 48, 213).

***

Не будем беспечны, но, зная, что нам предстоят подвиг и борьба и что нам нужно быть готовыми на брань, постоянно будем охранять свой дух крепким и бодрым, чтобы, пользуясь помощью свыше, могли мы стереть главу лукавого зверя, т. е. наветника противу нашего спасения. Сам Господь обещал нам это, говоря: Се, даю вам власть наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию (Лк. 10, 19) (свт. Иоанн Златоуст, 48, 461).

***

Если захотим трезвиться и иметь большую заботливость о своем спасении, то можем отстать и от худого обычая и обратиться к обычаям добрым (свт. Иоанн Златоуст, 48, 597).

***

Если бы мы пожелали тщательно и внимательно испытать все наши грехи и привести их себе на память, то, конечно, тогда наши старания были бы истинными и чистыми (свт. Иоанн Златоуст, 50, 302).

***

Кто трезвится и бодрствует, тот, хотя бы увлекся грехом, немедленно отражает его; а кто спит или безумствует, тот и не чувствует, какую власть имеет над ним грех (свт. Иоанн Златоуст, 52, 50).

***

Внимай себе и отовсюду озирай себя; неусыпно стереги себя оком ума; ты ходишь среди сетей, незаметные петли всюду расставлены врагом... (свт. Иоанн Златоуст, 53, 966).

***

...Проникни в тайники души твоей, рассмотри совершенные тобою дела, сравни дела добрые со злыми, и если увидишь, что злые превосходят добрые, покрой их делами добрыми, чтобы не увидеть некогда грехов, противодействующих тебе (свт. Иоанн Златоуст, 53, 985).

***

...Подобно тому, как золото, хотя и кажется блестящим прежде, чем положено будет в горнило, но совершенно познается уже после того, как подвергнется действию огня и от чистого золота будет отделена всякая примесь, точно так же и наши дела тогда только откроются в настоящем виде, когда мы тщательно исследуем их, — тогда мы и увидим, что мы сами за многое повинны осуждению (свт. Иоанн Златоуст, 54, 809).

***

Трезвение есть духовое художество, которое, если долго и с постоянным усердием проходить его, с Божией помощию совершенно избавляет человека от страстных помыслов, и слов, и худых дел; дарует тому, кто его так проходит, верное познание Бога непостижимого, сколько сие возможно для нас, и сокровенное разрешение сокровенных Божественных тайн; и есть творительница всякой заповеди Ветхого и Нового Завета и всякого блага будущего века подательница (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 165).

***

Трезвение, если оно постоянно пребывает в человеке, делается для него путеводительницей к правой и богоугодной жизни. Оно есть и лествица к созерцанию, оно же научает нас право править движениями троечастности души (т. е. трех сил: мыслительной, раздражительной и желательной) и твердо хранить чувства, и в причастнике своем каждодневно возращает четыре главные добродетели (т. е. мудрость, мужество, воздержание и справедливость) (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 165).

***

Трезвение есть путь всякой добродетели и заповеди Божией; оно называется также сердечным безмолвием и есть то же, что хранение ума в совершенной немечтательности держимого (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 166).

***

Не видит солнечного света родившийся слепым: так не видит сияний богато нисходящей свыше благодати тот, кто не живет в трезвении; не освободится он также от греховных, Богу ненавистных дел, слов, помышлений. Таковые во исходе своем не минуют свободно (имеющих сретить их) князей тартара (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 166).

***

Трезвение есть твердое водружение помысла ума и стояние его у двери сердца; так что он видит, как подходят чуждые помыслы, эти воры-окрадыватели, слышит, что говорят и делают эти губители, и какой демоны начертывают и устанавливают образ, покушаясь, увлекши через него в мечтания ум, обольстить его. Если будем люботрудно проходить такое действование, то оно, если хотим, очень основательно и внятно, на опыте покажет искусство мысленной брани и доставит опытность в ней (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 166).

***

Состав морей — множество вод; а состав и твердыня трезвения бодренности и углубленного безмолвия души, равно как бездна созерцаний дивных и неизреченных и разумного смирения, правоты и любви есть (само же одно) крайнее трезвение и ко Христу Иисусу без помыслов с воздыханиями молитва, непрестанная, притрудная, но без уныния и скучания (см.: Лк. 18, 1) (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 167).

***

...Один способ (прием) трезвения есть: смотреть неотступно за мечтанием, или за прилогом, ибо без мечтания сатана не может устраивать помыслы и представлять их уму к его прельщению обманом.

Другой: иметь сердце глубоко всегда молчащим и от всякого помысла безмолвствущим, и молиться. Иной: непрестанно в смирении призывать на помощь Господа Иисуса Христа. Иной еще способ: иметь в душе непрестанное памятование о смерти. Все сии делания... подобно привратникам, возбраняют вход худым помышлениям... (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 168).

***

Надлежит тебе острым и напряженным взором ума смотреть внутрь, чтобы узнавать входящих; узнав же, тотчас противоречием сокрушать главу змия, с воздыханием возопив в то же время ко Христу. И получишь тогда опыт невидимого Божеского заступления. Ясно также увидишь тогда и правость сердца (право ли оно действует, или в чем состоит правое действование сердца) (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 170).

***

Как держащий в руке зеркало и смотрящий в него, стоя между другими, видит и свое лицо, каково оно, видит и других, смотрящихся в то же самое зеркало, так со всем вниманием смотрящий в сердце свое видит в оном свое собственное состояние, видит и мрачные лица мысленных эфиопов (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 170).

***

Сколь блага, приятна, светла, сладостна, вседобротна, яснозрачна, (веселолица) и прекрасна добродетель трезвенна. Тобою, Христе Боже, благоуправляемая и человеческим умом в великом смирении бодренно проходимая! Ибо она до моря и глубины созерцаний простирает ветви свои и до рек сладких Божественных тайн — отрасли свои (см.: Пс. 79, 12), напаяет (орошает, освежает) ум, с давнего времени палимый нечестием от сладости лукавых помыслов бесовских и неистового мудрования плоти, в коем смерть (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 177).

***

Трезвение подобно лествице Иакова, на верху которой восседит Бог и по которой ходят Ангелы. Оно исторгает из нас всякое зло, отсекает многословие, злословие, оклеветание и весь каталог (список) чувственных страстей, не терпя и на короткое время лишиться собственной своей сладости (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 177).

***

Пребывай во внимании ума и не будешь преутружден искушениями. Отступая же от него, терпи, что найдет (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 178).

***

...Непрестанно пребывающий во внутреннем своем и там всегда вращающийся целомудрствует; и не только это, но еще и созерцательствует, и богословствует, и молится. И сие-то есть, о чем говорит Апостол: духом ходите, и похоти плотския не совершайте (Гал. 5, 16) (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 181).

***

Должно болезненно пещись о сохранении того, что драгоценно; драгоценно же для нас поистине лишь то, что сохраняет нас от всякого зла, как чувственного, так и мысленного. Это есть хранение рта с призыванием Иисуса Христа — то, чтобы всегда смотреть во глубину сердца и непрестанно безмолвствовать мыслию, — даже... и от помыслов, кажущихся десными, и стараться быть пусту от всяких вообще помыслов, дабы не утаились иод ними тати. Но, хотя и болезнуем мы, с терпением пребывая в сердце, впрочем, утешение близко (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 188).

***

Как невозможно жить теперешней жизнью без пищи и пития, гак без хранения ума и чистоты сердца — что есть и называется трезвение, — невозможно душе достигнуть чего-либо духовного и Богу угодного, или избавиться от мысленного греха, хотя бы кто страхом мук и удерживал себя принудительно от грешения делом (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 189).

***

Как невозможно, чтобы у того, кто взирает па солнце, не блистали сильно зрачки, так невозможно не светиться и тому, кто всегда проникает в воздух сердца (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 189).

***

<Добродетель внимания> именуется мысленным любомудрием. И проходи ты ее в великом трезвении и теплом усердии с молитвою Иисусовой, со смирением и непрерывностью, с молчанием чувственных и мысленных уст, с воздержанием в ястии и питии и с удалением от всего греховного, проходи ее путем мысленным искусно с рассуждением, — и она с Божиею помощью раскроет тебе то, чего не чаял, даст тебе знание, просветит, умудрит и научит тому, что прежде и в ум приять не имел ты способности, когда ходил во тьме страстей и темных дел, будучи погружен в бездну забвения и смятения помыслов (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 191).

***

Как долины обильно плодят пшеницу, так она Добродетель внимания> обильно наплодит в сердце твоем всякое добро, или лучше, сие подаст тебе Сам Господь наш Иисус Христос, без Которого мы ничего творить не можем. И сначала ты найдешь ее лествицею, потом книгою, в коей будешь читать, наконец, более и более преуспевая, найдешь ее градом, Иерусалимом Небесным, и Христа Израилева, Царя Сил, действительно узришь умом, с Единосущным его Отцом и спокланяемым Духом Святым (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 191).

***

Начало плодоносил — цвет, а начало трезвения ума — воздержание в пище и питии, отвержение и отсечение всяких помыслов и сердечное безмолвие (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 203).

***

Когда, возмогая о Христе Иисусе, начнем мы тещи в трезвении твердо установившемся, тогда сперва является нам в уме — как бы светильник какой, держимый нами, рукой ума и руководящий нас на стези мысленные, потом, как бы луна в полном свете, вращающаяся на тверди сердечной, наконец, как солнце, — Иисус, подобно солнцу сияющий правдою, т. е. показующий Себя Самого и Свои всесветлые светы созерцаний (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 203).

***

Как не следует букв писать на воздухе, а надо их резцом начертывать на каком-либо теле твердом, чтобы они могли надолго сохраниться, так с притрудным трезвением своим должно нам сочетавать молитву Иисусову, дабы прекрасная добродетель трезвения вместе с Ним была в нас всегда целой и через Него вовеки сохранилась в нас неотъемлемой (прп. Исихий Иерусалимский, 91, 207).

***

...Постоянно должны быть осматриваемы все сокровенности нашего сердца и зорким исследованием замечаемы следы входящих в них, чтобы умственный зверь, лев или дракон, как-нибудь проходя туда, скрытно не напечатлел гибельных следов, по которым доставится вход и прочим зверям в сокровенности нашего сердца при нерадении о помыслах. И таким образом ежечасно и ежеминутно возделывая землю нашего сердца евангельским оралом, т. е. постоянным памятованием Креста Господня, мы возможем разорить логовища вредных зверей и норы ядовитых змей и выгнать из себя (прп. авва Моисей, 57, 187).

***

Всегда пребывающий в сердце своем далек от всех красных жизни сей вещей; и, ходя духом, похотей плотских изведывать не может. Поелику таким образом таковой шествие свое совершает в ограждении добродетельми, сии самые добродетели имея как бы привратными стражами своего града чистоты; то все козни бесов против него остаются безуспешными, хотя иной раз стрелы сей общей всем похоти достигают даже до окон естества... (блж. Диадох, 92, 37).

***

Кто ежечасно назирает за своей душой, у того сердце возвеселяется откровениями. Кто зрение ума своего сосредоточивает внутри себя самого, тот зрит в себе зарю Духа (прп. Исаак Сирин, 59, 44).

***

...Кто не внимает себе и не охраняет себя, тот легко уклоняется... или направо, или налево, т. е. или в излишество, или в недостаток, и производит в себе недуг, который составляет зло (прп. авва Дорофей, 30, 118).

***

...Утром испытай себя, как провел ты ночь, и вечером так же, как провел день. И среди дня, когда отяготишься помыслами, рассмотри себя (прор. Иоанн, 30, 243).

***

Блюди помыслы и бегай зла; чтобы не омрачился ум твой и не стал превратно видеть вещи (авва Фалассий, 92, 318).

***

...Совершенное беспопечение о земном и всегдашнее поучение в Божественном Писании приводит душу в страх Божий, страх же Божий приводит трезвение. И тогда душа начинает видеть, как демоны воюют против нее посредством помыслов, и отражать их (прп. Максим Исповедник, 92, 143).

***

Войдите же в себя, испытайте веру свою и познайте, каково и где стояние ваше и хождение (прп. Феодор Студит, 93, 69).

***

Добро с трудом приобретается, но у невнимательных легко похищается... (прп. Феодор Студит, 93, 236).

***

Трезвение справедливо называется путем, потому что оно ведет в Царствие, — и то, которое внутри нас, и в будущее, — называется и умным детелищем (мысленною мастерскою), потому что оно выделывает и убеляет (полирует) нравы ума и страстное переделывает в бесстрастное. Оно подобно также световому оконцу, через которое Бог приникши является уму (прп. Филофей Синайский, 92, 402).

***

У того, кто установился*в трезвении или старается установиться в нем, чистое сердце соделывается мысленным небом со своими солнцем, луной и звездами, и бывает вместилищем невместимого Бога, по таинственному видению и восхождению (восторженного ума) (прп. Филофей Синайский, 92, 414).

***

Внимание и молитва, будучи на всякий день сочетаваемы вместе, совершают нечто подобное огненной Илииной колеснице, подъемля на высоту небесную того, кто им при частен (прп. Филофей Синайский, 92, 414).

***

...Кто не видит и не чувствует душевно добра и зла, которое прибывает в него и выбывает из него, тот еще мертв и не просвещен лучами умного Солнца Правды (прп. Симеон Новый Богослов, 77, 65—66).

***

Внимание должно идти вперед и сторожить врагов, как некий страж; оно первое пусть вступает в борьбу с грехом и противостоит злым помыслам, входящим в душу, а позади внимания пусть следует молитва, которая истребляет и побивает тотчас все те злые помыслы, с которыми перед сим вело брань внимание: ибо одно оно не может их побивать. На этой брани внимания и молитвы (с помыслами) висит жизнь и смерть души. Если вниманием храним молитву чистою, то преуспеваем; а если не внимаем, чтобы хранить ее чистою, но оставляем неохраняемою, и она оскверняется злыми помыслами, то бываем непотребными и безуспешными (прп. Симеон Новый Богослов, 78, 179—180).

***

Кто не внимает себе, тот не может быть нищ духом, не может сокрушаться и плакать, ни быть тихим и кротким, ни алкать и жаждать правды, ни быть милостивым или миротворцем, ни перенесть гонение за правду. И обще говоря, нет возможности стяжать добродетели иным каким-либо способом, кроме сего внимания (прп. Симеон Новый Богослов, 78, 187).

***

...При встрече разных случайностей пусть <человек> наблюдает, что происходит в душе его, и через то определяет, какова она. Так, например, наблюдая, что бывает у него на душе, когда бранят его или бесчестят, или иным каким образом оказывают ему презрение, он верно познает, есть ли в нем смирение или нет (прп. Симеон Новый Богослов, 78, 204).

***

...Непрестанно трезвенствуй и бодрствуй, по причине окрест нас ходящих нечистых демонов, всегда наветующих против нашего благобытия и пяту нашу коварно блюдущих до самого конца жизни, — и до самого исхода своего трепещи за себя, по причине безвестности будущего, как созданный превратным и изменчивым по самовластию своему (прп. Феогност, 92, 395).

***

Внимание есть признак искреннего покаяния. Внимание есть души воззвание к себе самой, мира возненавидение и к Богу восход. Внимание есть отложение греха и восприятие добродетели. Внимание есть несомненное убеждение в отпущении грехов. Внимание есть начало созерцания или, лучше, его условие: ибо через него Бог приникши является уму. Внимание есть безмятежие ума или, лучше, стояние его (или установление от блуждений), по милости Божией ему даруемое. Внимание есть пресечение помыслов, памяти же Божией начата и сокровищница терпения всего находящего. Внимание потому есть веры, надежды и любви виновница, ибо кто не верует, тот не может переносить находящие совне прискорбности; а кто не переносит охотно сих прискорбностей, тот не может реши: заступник мой еси Ты и прибежище мое (Пс. 90, 2); кто же не положит Вышнего прибежищем своим, тот не будет глубоко искренен в любви к Нему (авва Никифор Уединенник, 94, 248—249).

***

...Ни одной части души твоей, ни одного члена тела твоего не оставляй ненадзираемыми. Ибо таким образом ты и снизу искушающих духов пребудешь победителем, и свыше испытующему сердца и утробы, предварительно сам испытав их, неиспытно предстоять будешь с дерзновением (свт. Григорий Палама, 94, 296—297).

***

Внимание и умиление признаются даром Святаго Духа. Только Дух может остановить волны ума, разбегающиеся повсюду... (свт. Игнатий Брянчанинов, 39, 148).

***

Желающий спастись должен так устроить себя, чтобы он мог сохранять внимание к себе не только в уединении, но при самой рассеянности, в которую иногда против воли он вовлекается обстоятельствами. Страх Божий пусть превозможет на весах сердца все прочие ощущения: тогда удобно будет сохранять внимание к себе... (свт. Игнатий Брянчанинов, 39, 298).

***

...Желающие научиться вниманию должны воспретить себе все пустые занятия (свт. Игнатий Брянчанинов, 39, 375).

***

Внимание при молитве приводит нервы и кровь в спокойствие, способствует сердцу погружаться в покаяние и пребывать в нем (свт. Игнатий Брянчанинов, 40, 164).

***

...Проводящему внимательную жизнь не должно смотреть ни на что пристально и не слушать ничего с особенным тщанием, но видеть, как бы не видя, и слышать мимоходно, чтобы память и сила внимания были всегда свободными, чуждыми впечатлений мира... (свт. Игнатий Брянчанинов, 40, 269).

***

Чем более будешь погружаться в рассматривание себя, тем удовлетворительнее будут твои исповедь и покаяние, тем ощутительнее и обильнее прольется в душу твою обновление, даруемое исповеданием грехов (свт. Игнатий Брянчанинов, 42, 62).

***

Состояние глубокого постоянного внимания при молитве происходит от прикосновения Божественной благодати к духу нашему. Дарование благодатного внимания молящемуся есть первоначальное духовное Божие дарование (свт. Игнатий Брянчанинов, 42, 339).

***

При внимании она <молитва> приносит обильный плод: без внимания она приносит терния и волчцы (свт. Игнатий Брянчанинов, 43, 98).

***

Искусственное внимание — так назовем наше собственное внимание, — еще не осененное благодатию, состоит в том, чтобы... заключать ум в слова молитвы (свт. Игнатий Брянчанинов, 43, 98).

***

Истинное благодатное внимание является от умерщвления сердца для мира (свт. Игнатий Брянчанинов, 43, 115).

***

Вниманию ума при молитве начинает весьма скоро сочувствовать сердце. Сочувствие сердца уму мало-помалу начнет переходить в соединение ума с сердцем... (свт. Игнатий Брянчанинов, 43, 115).

***

Трезвение неразлучно с непрестанной молитвой: оно рождается от нее и рождает ее (свт. Игнатий Брянчанинов, 43, 266).

***

Трезвение есть истинное смирение, сосредоточившее надежду свою в Боге, отрекшееся от всякой самонадеянности и от надежды на человеков (свт. Игнатий Брянчанинов, 43, 266).

***

...Обратим внимание на наше тело, от которого трезвенность ума находится в полной зависимости (свт. Игнатий Брянчанинов, 43, 268).

***

Трезвение непременно требует физического спокойствия крови, доставляемого первоначально благоразумным воздержанием. Кровь приводится в весьма разнообразное движение страстями (свт. Игнатий Брянчанинов, 43, 269).

***

Стяжи постоянное трезвение, постоянное бодрствование над собой. Без строгой бдительности невозможно преуспеть ни в одной добродетели (свт. Игнатий Брянчанинов, 43, 417).

***

Меряйте себя не подвигами, а замиранием страстей (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 83, 214—215).

***

Внимание к тому, что бывает в сердце и исходит из него, есть главное дело в христианской исправной жизни (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 84, 17).

***

...Всякий раз, как прорвется недобрая мысль, чувство, желание, слово, дело... тотчас кайтесь Господу, Вездесущему и Всевидящему, с сокрушением и решением быть впредь осторожнее (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 85, 48).

***

Не надо предавать себя на жертву внешних впечатлений: они уносят внимание из сердца и заставляют его блуждать на стороне далеко от себя (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 85, 48—49).

***

Некий старец-подвижник жил в пещере и имел такое трезвение, что всегда, на всяком месте, даже вне кельи, часто проверял свой ум вопросом: «Где мы?» Если находил он ум в славословии Бога и молитве, то говорил: «Хорошо, хорошо». Если он находил его занимающимся каким-либо посторонним предметом, то укорял, говоря: «Возвратись немедленно на свое дело». И следующее всегда говорил себе старец: «Близок час моего отшествия, но еще не вижу в себе ничего доброго» (107, 435).

***

Настоятель скита пошел однажды к Александрийскому архиепископу. Когда он возвратился в Скит, братия спросили его: «Как город?» Он сказал им: «Поверьте мне, братия, что, кроме епископа, я не видел там ни одного человека». Услышав это, они удивились и сказали: «Что же случилось с множеством народа?» Пресвитер вывел их из недоумения, сказав следующее: «Я понуждал себя не глядеть ни на одного человека». Братия получили назидание от этих слов, которыми изображалось особенное хранение очей (107, 482).

***

Некоего брата беспокоила страсть любодеяния: днем и ночью он ощущал в своем сердце как бы огненное жало. Но брат боролся, не уступая помыслам и не соглашаясь с ними. По прошествии долгого времени отступила от него страсть, не одолев его по причине его трезвения. И немедленно воссиял свет в его сердце (107, 475).

***

Однажды авва Исаак сидел у аввы Пимена. В это время раздался голос петуха, и авва Исаак спросил авву Пимена: «Авва! Здесь есть петухи?» Пимен отвечал ему: «Исаак! Зачем ты принуждаешь меня говорить об этом? Ты и подобные тебе слышат петухов, а тому, кто трезвится, нет дела до них» (107, 321).

 

Система Orphus Заметили ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter


<<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>>